и здоровый образ жизни, прежде чем спросить, как она себя чувствует. Услышав её позитивный настрой и восторженные отчёты о её занятиях, Вайолет успокоилась и глупо улыбнулась, увидев свою мать в новом свете. Когда темы для разговора иссякли, её мать сосредоточилась на Вайолет, которая рассказала о своём прогрессе благодаря ежедневным физиопроцедурам и плаванию, что привело к её решению вернуться к работе. Её мать отнеслась к этому не так негативно, как она думала, но подтвердила, что «это было её решение, и она его уважает». В наступившей после этого удивлённой тишине Лин окинула взглядом малолюдный сад, пока её взгляд не остановился на двух друзьях. — А теперь, Вайолет, не хочешь ли ты поделиться со мной чем-нибудь ещё? Озадаченная Вайолет покачала головой, прежде чем поняла, что именно она искала в этом вопросе, заданном в завуалированной форме. — О, ради всего святого, девочка. Я не вчера родилась... Дома, в ванной, после того как я упала. Я слышала, как ты сказала, что хочешь заняться сексом с Майей, и теперь ты живёшь с ней... В бунгало с одной спальней, я почти уверена. У Майи и Вайолет отвисли челюсти, и Вайолет слегка застонала. — Ах, я и не думал, что ты слышал. Ты ничего не сказал. «Нет, я надеялась, что моя дочь признается, что они с подругой занимались сексом... А не то, что она найдёт себе мужчину». Её мать прикусила язык и закудахтала, отчаянно пытаясь забрать свои слова обратно, но Вайолет ей не позволила. «Есть мы или нет — не ваше дело, и нет, судя по тому, что я видела, я не понимаю, почему какой-то мужчина может быть достоин меня. Вы с папой определённо не подавали хорошего примера успешных гетеросексуальных отношений... Вы должны радоваться за меня, что я нашла кого-то, кто любит меня такой, какая я есть, а не за большие сиськи, не за то, что я ношу их детей, не за то, что я второй доход и посудомойка, не за то, что я пожизненно делю с ним жильё». Вайолет сердито посмотрела на мать и поискала утешения в глазах Майи, которая потянулась к ней и взяла её за руку. — Нет, я не это имел в виду. Просто так получилось. «Да, ты сделала... Это всё, что я когда-либо слышала. Наберись смелости, измени внешность, найди себе мужчину... И что дальше? Жить в рабстве? Или остаться одинокой и несчастной?» "Ты имеешь в виду, нравлюсь ли я?" На лице Лин промелькнула боль. Майя сжала руку Вайолет, надеясь, что та избавит её мать от неизбежной гильотины её прямолинейности. — Да... Именно поэтому я так рад, что ты наконец-то приходишь в себя. Ты снова улыбаешься, заводишь друзей, общаешься с людьми и даже выходишь на улицу... Так почему бы тебе хоть раз не порадоваться за меня? Тишина в саду была оглушительной. У Лин на глазах выступили слёзы, и она вытерла их платком, в то время как глаза Вайолет горели вызовом. Майя хотела встать между ними, чтобы разрядить обстановку до того, как будет нанесён непоправимый ущерб, но Лин опередила её. «Я Вайолет, это действительно я. Я заметила, как сильно ты изменилась с тех пор, как вы познакомились. Твоя уверенность в себе возросла, и ты стала совсем другой. Твоя кожа и волосы блестят, а на лице всегда сияет улыбка». Она посмотрела на Майю, протянув руки, умоляя их обеих. «Я знаю, что из-за всех моих эгоистичных личных проблем я не была хорошим примером для подражания или матерью, и я хочу загладить свою вину перед тобой, но не знаю как». Майя и Вайолет переглянулись, а Лин взглядом и позой умоляла их отреагировать.
Можно попробовать....