чувствую себя уставшей? Ох, как неприятно течёт по ногам…
— Я помогу! – оживилась Саша.
— Сейчас, само всё закончится.
Несмотря на богатый опыт, у меня так и не получалось уловить сам момент перехода. Казалось, мы идём в обычных телах, по обычной тропе… Потом продолжаем идти, но уже в обычных телах, по обычной тропе…
— Где все остальные?
— Их Лель по домам развезёт, - как же о многом придётся ей рассказывать!
Вернувшись к машине, я начал одеваться.
— Где моя… Вот, наконец-то! – раздался вздох облегчения. – Я же была в ней! Кто всё аккуратно сложил?
Потом уточню у бестий, как всё происходит. Сейчас, мне хотелось завалиться в уютную постельку… О, й-о-о! Как же мы все влезем в дом? Может, направиться к Зине? Так у неё не просторней!
— Вот сейчас, я поняла, что устала, - мама уютно прижималась к моему плечу. Она даже не собирается обсудить? Спросить о чём-то? Поделиться мыслями?
— Всё готово к вашему приёму, - проворковала Саша, остановившись во дворе. – Надеюсь вам понравится. Времени было мало, но все постарались.
— Что нам понравится? – встревожился я.
— Всё! – девушка вышла из машины, открыв нам дверь.
Зина и Вася сидели под свежеизготовленным навесом, в… во вполне приличной одежде. Да, платья коротковаты, а бюст Зины едва не вываливался в вырез, но всё было в рамках.
— Добрый вечер, - они поднялись навстречу, и Вася тут же кинулась в дом. – Стол накрыт, сейчас дочка горячее принесёт. Садитесь.
Мама с интересом оглядывалась.
— Думаю, экскурсию лучше отложить на завтра? – Зина сделала приглашающий жест. – Проходите рассаживайтесь.
— Что? Да, конечно.
— И баньку мы не топили, хотя раньше это традиция была. Теперь у нас есть душ. Кстати, о заслугах Ивана… - что? Она-то откуда знает моё настоящее имя? Я покосился на Сашу, которая невинно улыбнулась. - …Этот навес, тоже его дело. И унитаз теперь в доме. Вы городские привыкли к такому, для нас радость была великая.
Она издевается? Никогда не замечал у Зины таких селянско-бабских приговоров и манеры двигаться.
— Зин, не придуривайся, - прямо заявил я.
— Думала, показать Нине всю прелесть русской глубинки. Мы ещё в кокошники собирались вырядиться, да не смогли их достать.
— Но медведя с балалайкой завтра привезут, - за спиной появилась Вася с кастрюлей, и принялась раскладывать по тарелкам жаркое.
Мама улыбнулась, вдыхая запах. И старательно отводя взгляд от груди Зины.
— Боялась, что у вас тут навозом будет пахнуть. Проезжала как-то мимо фермы…
— Эх, милая! Давно уже народ скотину повывел. Невыгодно содержать. Да и народ повывели. Две трети домов пустует. Народ, тоже невыгодно содержать. У нас тут, вроде как – анклав! Людка так говорит. Кстати, это она наряды придумала! Понравились?
— Что же она мне наряд не придумала? – хмыкнула мама, аккуратно прожёвывая очередную порцию.
— Ты в самом лучшем наряде была. Всем понравилось.
— М-м-м… Хочу спросить… Надеюсь никого не обидеть, - мама прямо уставилась на Зину. Конечно же, её не волновало, если кто-то обидится. – Вы были так почтительны и на "вы". Я помню, что сама вас просила…
— А, это! – отмахнулась Зина, перебив Госпожу Матриарха. – То был обряд. Официальная часть. Если тебе надо, мы и сейчас на колени бухнемся, и ноги целовать начнём. Или, если папочка нам это скажет…
Она покосилась на меня, лукаво улыбаясь.
— Всех запорю! – вздохнул я. – На конюшне!
— Кстати, мы завтра на конюшню можем поехать, - напомнила о себе Саша.
— Если серьёзно, - Зина отложила вилку. – Наша связь очень сильна, и мы не просто принадлежим… мы
Конференция