— Очевидно, ей не нравится, когда туфля надета на другую ногу, - заметила Сандэнс.
Возможно, это и к лучшему, что я никогда по-настоящему не злил Трейси, когда мы были женаты, потому что она определенно не очень хорошо восприняла этот инцидент. Выставив Придурка из дома, она позвонила в его компанию и поговорила с президентом о неблагоразумном поведении Виктора с сотрудниками, включая ее саму, что противоречило политике компании. Столкнувшись с разгневанной Трейси и увидев, в каком состоянии я оставил Виктора, компания решила, что не может вынести негативной огласки, и немедленно уволила его, сохранив очень мало льгот. Сандэнс узнала эту новость через своих знакомых и вскоре после этого поделилась ею со мной за ужином у меня дома. Меня это более чем устроило.
Что касается меня, то я провел пять дней в камере и получил 100 часов общественных работ. Мое отстранение от работы было неоплачиваемым отпуском, потому что, хотя мой начальник в частном порядке сказал мне, что он доволен тем, как я справляюсь с делами, с корпоративной точки зрения он не мог оправдать мои действия. Я полностью понимал это.
************************************
Три года спустя я сижу за столиком в ресторане "Королевская корона", когда ко мне сзади подходит кто-то, кладет руку мне на плечо и спрашивает, можно ли ей присесть. Я повернулся к своей бывшей жене, которая все еще хорошо выглядела в свои 54 года, и сказал: - Почему бы и нет?
Когда она села напротив меня, я заметил, что за 22 года, что мы были в разводе, она набрала около десяти килограмм, и, вероятно, половина этого веса осела у нее на груди. У нее появилось несколько морщин, но в остальном она по-прежнему была привлекательной. На ней был обтягивающий розовый свитер с глубоким вырезом и джинсы. Она вряд ли походила на человека, который последние два десятилетия вел благополучный образ жизни.
— Как ты меня нашла? Прятаться в лесбийском баре у меня почти всегда получалось.
Она захихикала тем же девичьим смехом, который был у нее всегда.
— Не забывай, что твоя дочь знает, где ты прячешься. Я спросила, и она рассказала мне. Она также посоветовала мне быть осторожной, потому что, если я буду с тобой связываться, Бутч или Сандэнс переломают мне ноги.
— Вероятно, это правда, - заметил я. - Итак, если предположить, что ты здесь не для того, чтобы доставать меня, то чем я обязан столь благоприятному визиту? За последние 20 лет я сказал тебе не более пары сотен слов, и, честно говоря, я не планировал сказать еще пару сотен в течение следующих 20 лет.
— Будь любезен. Разве старые друзья не могут просто поболтать за выпивкой?
— Мы теперь старые друзья? Я думал, мы разведенные супруги, и я все еще пытаюсь осознать, что ты нарушила свои клятвы с другим мужчиной.
Она встала, чтобы уйти, посмотрела на меня долгим взглядом и направилась прочь. Я не сделал попытки остановить ее.
Когда я в следующий раз увидел Анну, она первым делом отругала меня за то, что я был груб с ее матерью.
— Я не был груб. Я был точен. Мне жаль, но факты есть факты. Она изменила мне с другим мужчиной и родила от него ребенка, о чем я узнал только после родов. Это просто не может быть тайной за семью печатями, детка.
— Примерно за 20 лет я получила пару вялых извинений и убогое объяснение того, почему она вообще мне изменила. Тебе не кажется, что она обязана соблюдать правила приличия?
Моя дочь опустила голову, признавая свое поражение.
Отдать жену другому (ч.3 Шлюха Господина Ф.)