не улыбалась, когда рассказывала это моей бывшей. В сочетании с тем фактом, что Анна предупредила ее о том, что девочки будут оберегать меня, и я мог видеть, как Трейси ясно представила себе ситуацию.
Девочкам нужно было возвращаться домой к няне, а мне утром нужно было вставать на работу, так что мы закончили вечер около 10 часов. Однако перед тем, как мы расстались, Трейси наклонилась, поцеловала меня в щеку и сказала, что она хорошо провела время и, возможно, мы могли бы сделать это снова.
— И, может быть, в следующий раз мы могли бы сделать это без твоего "советника" и охраны? – спросила она. - Без обид, дамы.
— Мы не обижаемся, - ответила Бутч, в то время как Сандэнс покачала головой в знак согласия.
Через пару недель мы с Трейси снова встретились в ресторане, на этот раз без Бутч и Сандэнс. Затем мы попробовали, так сказать, "нейтральную площадку". Нам понравилось общество друг друга. Это было похоже на то, как если бы мы встречались, но у нас была долгая история - и сердечная боль - между нами. Анна, со своей стороны, была в восторге от нашей договоренности.
На нашем четвертом свидании одно повлекло за собой другое, и не успел я по-настоящему задуматься об этом, как мы уже были у меня дома, ведя себя как пара возбужденных подростков, пока я не задумался об этом. Это испортило момент и мою эрекцию. Трейси была возбуждена, как 17-летняя девчонка, и была невероятно разочарована тем, что я оставил ее ни с чем. Я не предпринял никаких попыток облегчить ее положение и, по сути, выставил ее вон из моего дома. Это была неловкая и тихая поездка обратно к ней домой, чтобы высадить ее.
Два дня спустя мне позвонили Бутч и Сандэнс. Они хотели встретиться в "Королевской короне" следующим вечером. Для них это было все, что угодно, поэтому мы встретились следующим вечером в 6 часов за ужином. Я пришел туда первым и заказал нам столик. Девочки появились через пять минут, а за ними и Трейси. Вы можете сказать "договорились"?
Очевидно, три женщины сошлись после провала на последнем свидании. Трейси обошла меня стороной и обратилась прямо в апелляционный суд последней инстанции - к Бутч и Сандэнс. Мы втроем откровенно обсудили наше с Трейси свидание, и Бутч с Сандэнс встали на сторону Трейси. Я чувствовал себя как ребенок, которого отчитывают родители.
— Послушай, придурок. Мы понимаем, что у вас двоих был неприятный опыт - ужасный опыт - давным-давно, - начала Бутч своим лучшим адвокатским голосом. - Но повзрослей. Это было почти 20 лет назад, и вы развелись. Дело сделано.
— Если бы у вас двоих не было ничего общего, и она была бы просто другой женщиной, ты бы захотел с ней встречаться? Ты бы захотел ее трахнуть? Ты бы вообще дважды подумал об этом? Посмотри на нее. Конечно, ты бы стал.
— Вы оба заплатили цену за то, что произошло почти 20 лет назад. Это новый день. Новое начало. А теперь соберись с силами и дай этой женщине то, чего она заслуживает. Ты понял это? Мы обе знаем, и Трейси тоже, на что ты способен. А теперь уносите свои задницы из этого гей-бара и приступайте к делу.
Я нерешительно посмотрел на Бутч, затем на Сандэнс, схватил Трейси за руку и направил ее к двери. Затем я шлепнул ее по заднице и сказал: - Шевелись.
Не успел я дойти до двери, как меня осенила забавная мысль, и, обернувшись, я увидел Бутч и Сандэнс,
Порка мальчика