моей распутной внешности. К тому времени, как мы вышли из её комнаты, чтобы присоединиться к другим девушкам перед вечеринкой, я уже немного волновался перед предстоящим вечером, и от этого моё сердце бешено колотилось, а лицо горело.
Синди провела меня по коридору в комнату, откуда доносилась громкая электронная музыка и крики и смех девушек. Синди уверенно вошла в комнату, и я прокрался за ней, а она громко объявила о нашем присутствии.
«Девочки!! Познакомьтесь с моей подругой Сэми! Она подумывает о том, чтобы вступить в женское студенческое общество! Она немного стесняется, так что будьте с ней поласковее. Разве она не красотка?!»
Я тут же потерял Синди из виду, оглушённый пронзительными голосами, хватающими меня за руки, гладящими моё лицо, сующими бокалы в мои ладони. Девушки уже были пьяны и с энтузиазмом приняли меня. Через несколько мгновений я выпил несколько рюмок и потерял Синди из виду, сидя между двумя девушками, которые пообещали стать моими новыми лучшими подругами. Они говорили так быстро, что у меня закружилась голова. Я получил шквал комплиментов — восторженные возгласы по поводу моей кожи и макияжа, поглаживания по волосам, комплименты по поводу моей одежды и тела. Всё моё тело пылало; я краснел от каждой лести, каждый раз, когда на меня обращали внимание другие девушки, смущённо улыбаясь и чувствуя прилив жара. Тепло от алкоголя разжигало его ещё сильнее. Я чувствовал себя таким глупым, представляя, как краснею, как помидор, среди множества прекрасных созданий. Но никто не обращал на меня внимания, и я продолжал выпивать, когда мне предлагали, и смеялся вместе с остальными, когда мне удавалось уловить смысл их быстрой болтовни.
Казалось, что прошло всего десять минут, когда девочки начали собираться и выходить за дверь. Я со страхом огляделся, но почувствовал, как Синди взяла меня за руку, и увидела её хитрую заговорщическую улыбку, которая развеяла мой страх. «Повеселимся?!» — прошептала она мне на ухо, и я с энтузиазмом кивнул. Мне было весело — я был частью группы, чувствовал себя в безопасности среди множества красивых девочек из дома Синди. Пить, кричать и забыть обо всех заботах на свете было захватывающе; это воодушевляло, как и ощущение сексуальной одежды и знание о моей извращённой, не такой уж и тайной тайне.
Это была безумная, беспорядочная ночь. Выходить в свет с девчонками оказалось веселее, чем я себе представлял. Мы переходили с вечеринки на вечеринку, останавливаясь в нескольких барах по пути. Нам гарантировали вход на любую вечеринку или в любой бар, куда мы хотели, без каких-либо проверок документов. Синди сказала, что это потому, что мы увеличивали соотношение парней и девушек везде, куда бы мы ни пошли. Мы не только не показывали документы, но и не платили за вход ни на одной из наших остановок. За всю ночь я не купил больше пары напитков! В большинстве случаев, когда мы приходили, Синди появлялась передо мной и совала мне в руку напиток. Пару раз она приказывала какому-нибудь измученному жаждой парню принести нам напитки, и мы хихикали и насмехались над ним, когда он, спотыкаясь, шёл выполнять её приказ.
И, хотя я всё равно никому бы об этом не рассказал, я наслаждался вниманием, которое получал весь вечер. Я краснел от комплиментов девушек и возгласов удивления и зависти, когда они обсуждали мою одежду и гладили меня по волосам. Я смеялся и отмахивался от непристойных выкриков, которые мы слышали, когда шли по улицам, полагая, что они предназначены для других девушек, но всё равно возмущаясь и радуясь. И я держал это при себе, когда
как жена на пляже загорала