Мой рот приоткрылся от немого шока и страха. Профессор всё ещё говорил, но я видел, что её возглас привлёк внимание нескольких повернувшихся к нам голов. Я почувствовал, как краснею, и по моему лбу скатилась капля пота. Что я мог сделать? Что я мог сказать, чтобы объяснить ситуацию, в которой оказался? С каждой секундой всё больше голов поворачивалось в нашу сторону, привлечённые движением, и растущая аудитория только сильнее меня пугала. Со своего места они не могли видеть ничего, кроме удивления Натали и моей странной близости с Джаксом. Но я сам знал, и этого было достаточно, чтобы заставить меня замолчать. Затем Джакс нарушил нарастающую тишину насмешливым смехом.
«У Сэми и так забот полон рот...» — его тон был небрежным, слова — медленными, и он не двигался, чтобы прикрыться или отодвинуться. Его неподвижность поразила меня, и я уставился на него широко раскрытыми глазами, пока он насмехался над Натали. «Ты ему не нужна... Но здесь полно места, если хочешь тоже помочь...»
Даже когда он грубо ответил ей, унижая меня на глазах у всех, я не стал протестовать. Я был слишком занят, впервые (как я сказал себе) заметив, насколько он привлекателен. В нём чувствовалась уверенность и наглость, и я не мог представить ситуацию, в которой он не взял бы всё под контроль. Его стальные глаза весело сверкали, и казалось, что свет исходит изнутри, и хотя на его губах была всё та же раздражающая ухмылка, я подумал, что заметил разницу. Лёгкая мальчишеская улыбка на правом крае его рта, которую я начинал воспринимать как искреннее веселье.
Натали хватала ртом воздух, пока переваривала увиденное: я всё ещё двигался вверх-вниз в его тесном нижнем белье, глядя на него оленьими глазами. На лице Джакса застыла самодовольная улыбка, он смотрел на неё в упор. В конце концов, ей удалось произнести звуки, а затем и слова:
— Я-я... Ты... Он?... Ты... гей? Я-я... такой придурок!
Слова побудили её к действию, и она бросилась вперёд, минуя последние несколько рядов, пока не оказалась рядом с Джаксом. Теперь она была в ярости, почти кричала, перегнулась через Джакса и схватила меня за руки, отдернув мою руку от его твёрдого, длинного члена.
— Чёрт, как это отвратительно! Сэм, что он с тобой сделал...
Когда она подошла ближе и потянула меня за руки, то мельком увидела его внушительное достоинство, находившееся не более чем в полутора футах от её лица. Она на мгновение замерла, совершенно потрясённая, увидев широкую пурпурную головку, выглядывающую из-под резинки его трусов. Я почти видел, как в её голове крутились шестерёнки, пока она осознавала длину его члена. Перемены были едва заметны: её глаза расширились, щёки побледнели, а челюсть отвисла, как и у меня. Если бы я чувствовал себя более комфортно, то, возможно, рассмеялся бы — в тот момент я действительно понимал Натали, я точно знал, о чём она думает.
Но у Натали было больше самообладания, чем у меня, и после нескольких секунд шока она пришла в себя, схватила меня за запястье и рывком подняла со стула.
— Какой же ты придурок! Ну же, Сэм!
Я приготовилсz сопротивляться Джаксу, но он не сделал ни единого движения, чтобы остановить меня. Было неловко обходить его колени, особенно потому, что стол всё ещё был опущен, и я спотыкался и бился ногами о стулья по обе стороны прохода. Всё это время Джакс просто смотрел на меня с той же ухмылкой на лице, закинув руку на спинку стула, как будто ему было всё равно. Краем глаза я заметил, что
Возвращение шефа