в глаза. Я медлил, оглядываясь по сторонам и выискивая оправдания, чтобы отсрочить откровение. Но когда я, наконец, посмотрел ей в глаза, то с удивлением обнаружил в них сострадание. Её выражение лица было тёплым, в нём читались забота и сочувствие, приправленные лёгкой иронией; оно говорило: «Я смеюсь вместе с тобой». Когда она заговорила, то ответила на невысказанные, даже не озвученные мною вопросы:
«Нам пришлось сделать это так, иначе ты бы не согласился».
Я открыл рот, чтобы возразить... или согласиться? Я не мог сказать: «Я бы с радостью позволил Джаксу трахнуть меня в рот!» Пока я решал, она взяла надо мной верх.
— Ш-ш-ш, всё в порядке. Просто признай это. Тебе же понравилось.
Её лицо стало коварным, и на слове «понравилось» её рука скользнула внутрь моих трусиков и схватила мой маленький пенис, твёрдый, как алмаз. Она начала медленно и нежно теребить его, словно знала, как мне больно и обидно. В то же время она смотрела мне прямо в глаза, и взгляд её был таким напряжённым, что я практически видел электричество в воздухе.
— Тебе не понравилось, Сэми? Скажи мне, что тебе понравилось, детка.
Её дыхание обжигало моё лицо, а огонь в её глазах плясал и бушевал, когда она шептала мне. Затем она наклонилась, чтобы поцеловать меня, и я растаял. Она была неряшливой и агрессивной, не обращая внимания на слюну, которая всё ещё была на моём лице и стекала изо рта. Одной рукой она обхватила меня за затылок — лёгкое, чувственное прикосновение, в которое я погрузился. Её язык двигался в привычной резкой, агрессивной манере. Всё это время её рука нежно поглаживала мой пенис, как будто кто-то гладит раненую птицу.
Она снова отстранилась от меня, и моя грудь вздымалась от нехватки воздуха; я буквально задыхался, стоя на коленях и витая в облаках. Её рука всё ещё ласкала меня, пробка в моей заднице всё ещё вибрировала. Боже, я был чертовски возбуждён. Снова.
Мне потребовалось мгновение, но я ответил на ее вопрос,
«Я... Мне... Мне весело». Не знаю, поверил ли я ей, но не хотел, чтобы она останавливалась.
Она подмигнула и высунула язык из уголка рта, умопомрачительно красивая, мучительно непристойная. Несмотря ни на что, я снова по уши в неё влюбился. Она знала, какое впечатление производит на меня; дело было сделано.
— А теперь давай заставим его большой чёртов член кончить.
Как по волшебству, между нами возник упомянутый член. Синди взвизгнула от неподдельного восторга, а затем начала с любовью облизывать его, не сводя с меня глаз и указывая на него безмолвной командой.
Поколебавшись всего мгновение, я последовал её примеру, высунув язык изо рта и медленно наклонившись. Мой язык пробежался по его обжигающему пульсирующему члену, и глаза Синди вспыхнули всего в нескольких сантиметрах от моих, а её длинный язык извивался по другую сторону широкого ствола. Она нахмурила брови, затем наклонила голову и посмотрела вверх, широко раскрыв глаза. Я услышал её голос у себя в голове: «Плохие девочки смотрят друг другу в глаза!» — и я наклонил голову, чтобы посмотреть ей в глаза.
Джакс ухмыльнулся своей фирменной дерзкой ухмылкой, даже не пытаясь скрыть, как ему нравится, что две пары губ прижимаются к его члену. В одной руке он держал телефон, записывая наш совместный минет, и я почувствовал, как меня накрывает жар. Раньше они заставляли меня. Теперь я участвовал добровольно. Я знал, что видео будет опасным для меня, но было уже слишком поздно протестовать. Я сосредоточился на том, чтобы смотреть в его бездонные тёмные глаза, изо всех сил игнорируя камеру. Взгляд Джакса встретился
Развратная жизнь алкоголиков. Часть 4: Мама и Ира в гостях.