раскованы. Хайди сняла с себя топ и расстегнула бюстгальтер с леопардовым принтом, оставив его на кровати. Ее пальцы нашли застежку на моем ремне, и через мгновение брюки, трусы и носки были разбросаны по полу.
Она тут же толкнула меня обратно на кровать и одним ловким движением опустилась своим влажным ртом на мой полностью возбужденный член. То сочное удовольствие, которое она мне подарила, не сравнится ни с чем, что я испытывал за последние годы, возможно, даже до женитьбы. Через несколько мгновений она развернула свои бедра и ляжки над моим ждущим ртом и опустила свою влажную половую щель прямо мне в рот. Как ей удалось снять юбку и трусики, пока она сосала мой член, оставалось загадкой, но это не стоило и момента удивления.
Аккуратно подстриженная, влажная и восхитительная - вот как я описываю ее по сей день, и если бы я не хотел трахнуть эту замечательную женщину, то мог бы поглощать этот прекрасный розовый кусочек, пока мы не рухнули бы в изнеможении. Как только она окунула мое лицо в мощный оргазм, она отстранилась и легла обратно на кровать, ее киска широко раскрылась - презерватив уже был у нее наготове, и когда я поднес свой член к ее руке, она раскатала его по головке и по всей длине моей эрекции.
Если я думал, что делать ей куни было великолепно, то это было буквально ничто по сравнению с тем, как входить в горячее масло ее влажного влагалища. Она была влажной, тугой и очень возбужденной, и мы трахались то медленно, то быстро, а потом, выровняв темп, я всадил свою трубу до упора в эту чудесную богиню. Когда я почувствовал ее оргазм, я больше не мог сдерживаться и наполнил презерватив белым молочным семенем.
Лежать с ней после этого было чудесно. Я не чувствовал такого удовлетворения с женщиной со времен моей счастливой супружеской жизни. Мы оба были опьянены, поэтому сон наступил быстро, и мне хотелось бы думать, что утром мы повторим это снова, но это не так. Она встала раньше меня и приняла душ до того, как я проснулся. Вернувшись в спальню, она стянула с меня покрывало.
— Эй, Бартоломью, проснись.
Она стояла передо мной обнаженная, абсолютная картина красоты. Ее груди были похожи на маленькие яблоки, каждая с выпирающим и слегка приподнятым соском-ластиком. Ее животик был упругим и плоским, а восхитительная аккуратно подстриженная темная буква «V» так мило расположилась между упругими бедрами. Мне нравилась каждая черта этого вида.
— Я готовлю завтрак, так что поднимайся. Полотенца в шкафу, а зубная щетка в ящике в ванной. Спускайся, когда будешь готов.
Так я и сделал, а через двадцать минут спустился по лестнице и вошел в кухню. Хайди стояла у плиты, а за столом сидела та самая девушка, которую мы видели, как трахали посреди пола предыдущим вечером.
Гейл оглядела меня с ног до головы, облизала губы и улыбнулась.
— Мило... Мам, ты любишь хорошеньких.
Она пододвинула мне стул, и я уселся на него.
— Мне жаль, что тебе пришлось увидеть это прошлым вечером, — сказала она, застенчиво улыбаясь.
— Вообще-то я не возражал.
Я тоже был правдив. Я все еще представлял себе эту молодую открытую киску, лежащую передо мной. Она лишь приятно рассмеялась:
— Не сомневаюсь.
Она была очень похожа на свою мать, но, наверное, сказывалось и влияние отца, потому что глаза у нее были темные, а волосы намного темнее, чем у Хайди. С предыдущего вечера я знал, что ее грудь значительно больше. Я
Отдых на острове