— В чем дело? Что случилось? — с тревогой ответил я.
— Не сейчас... просто приезжай сюда как можно скорее, — умоляла она.
Двадцать минут спустя я уже сидел в машине и мчался в сторону города, придумав слабую отговорку для ее родителей. По дороге я пытался догадаться, в чем может быть проблема. Причину на ее работе я, почему-то, сразу отмел, оставались наши игры. Я сомневался, что это связано с Томасом, поскольку он был образованным, профессиональным парнем, которому я доверял. Также, я очень сомневался, что она вернулась к Заку, поскольку он никогда ей не нравился. Поэтому вместо них все мои мысли сконцентрировались на Цезаре, и, учитывая его непредсказуемый характер, я допустил, что это может быть чем угодно.
— Лорен, — позвал я, как только открыл дверь.
— Здесь, — донесся слабый голос из спальни.
Я остановился в дверях, как только увидел ее, ошеломленный ее видом. Она сидела на краю кровати в халате, и мои глаза подтверждали, что ее избили. Помимо синяка под глазом, у нее была разбита губа и виднелось несколько царапин. Вдобавок ко всему, ее хорошо уложенные темные волосы были местами выстрижены, что придавало ей странно неряшливый вид.
— Боже мой... что случилось? — воскликнул я, бросаясь к ней.
— Я... я была плохой, — захныкала она.
— Ты в порядке? — ответил я, сжавшись от осознания смысла ее слов.
— Я... я, думаю, я в порядке... Местами болит, — ответила она.
— Ты встречалась с Цезарем? — спросил я, и ее взгляд дал ответ раньше, чем слова.
— Да... я... я имею в виду...Я пришла к нему домой, а там были эти девушки, и они избили меня, — ответила она, заливаясь слезами.
Это заняло несколько минут, но в конце концов я смог узнать, что латинос несколько раз писал ей сообщения и уговаривал встретиться с ним у него дома. Когда она приехала, Цезаря нигде не было, и одна из девушек сказала Лорен, что она его жена. Их было четверо, и они набросились на нее, когда она попыталась уйти, раздели ее и начали избивать продолжительное время.
— Ради бога, Лорен, почему? И тайком... опять... — сказал я с отвращением.
— Я знаю... Я знаю... это было глупо. Но, пожалуйста... пожалуйста, не сейчас, — хныкала она.
— Дай-ка я посмотрю остальное, — ответил я, собираясь продолжить осмотр под ее комментарии по поводу синяков на своем теле.
— Тебе это не понравится, — предупредила она.
— Мне это уже не нравится, — сказал я.
С этими словами она медленно встала, развязала халат и позволила ему распахнуться. Я сразу же увидел множество отметин, которые были разбросаны от ее груди до середины бедра. На обеих грудях были синяки, а соски казались красными, почти воспаленными. Кроме того, на ее бедрах были видны темные синяки, доходившие до самого влагалища. И, как будто этого было недостаточно, нападавшие кое-что написали на ней черным маркером. На ее животе огромными широкими буквами было написано слово «шлюха», а на ее киску были направлены стрелки со словами «шлюха», «мусор», «пута» и «грязная пизда». Пока я стоял и смотрел, пытаясь осознать все это, я заметил, что на ее груди были инициалы, как будто каждая из нападавших подписывала свою работу.
Когда она увидела, что я закрыл глаза и покачал головой, она повернулась и спустила халат, чтобы я мог видеть ее задницу. Ее явно сильно выпороли, и, судя по оставленным следам, они могли быть от нескольких ремней разной ширины. Как будто этого было недостаточно, на пояснице большими буквами было написано «Трахни меня здесь».
ИДЕАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ