темп, и он справляется с работой достаточно неплохо, но затем я начинаю давать ему указания.
— Используй свой язык, Рэй, — требую я, и он так и делает.
— Отсоси глубже, Рэй, — требую я. Он пытается и не может, поэтому я просто пихаю, и он давится.
— Аккуратнее с зубами, Рэй, — предупреждаю я его, и он быстро подчиняется.
— Десять минут, Рэй, — говорю я, и он возобновляет свои усилия.
— Поиграй с моими яйцами, Рэй, — требую я, и он неохотно подчиняется.
— Нежно помассируй мне очко, Рэй, — требую я, и он делает то же самое.
Я просто обожаю сопротивляющихся, но одновременно покорных ванильных мальчиков.
— Осталось пять минут, Рэй, — говорю я, и теперь я задаю темп. Я начинаю трахать рот Рэя, глубоко засовывая свой член ему в глотку и вытаскивая его снова и снова. Он кашляет и давится, и слезы снова текут по его лицу. Через пару минут я чувствую, как приближается мой оргазм.
— Сейчас я кончу, Рэй, и хочу, чтобы ты проглотил каждую каплю, как я это сделал для тебя, — говорю я, прекрасно понимая, что все будет иначе.
Он скулит.
Я начинаю кончать.
Мой первый выстрел идет прямо в рот Рэю, и он задыхается, второй следует за ним, и пока он давится, я вытаскиваю свой член, и следующая струя обрызгивает его лицо. Я целюсь в его глаза, и когда я заканчиваю, его лицо покрыто моей спермой, а его глаза плотно закрыты.
Я прижимаю свой член к его губам.
— Вылижи его дочиста, — требую я, и он так и делает.
Я медленно вижу, как приходит осознание.
Бедный Рэй, он только что заметил, что мой член все еще стоит. Конечно, он никогда не становится мягким, пока я не кончу дважды. Мой член знает мою систему.
— Похоже, мне придется тебя трахнуть? — говорю я, поднимая сумку и доставая смазку.
— Нет, — умоляет он, — пожалуйста, нет, я сделаю все, что угодно. Просто возьмите мой кошелек, там почти двести долларов.
— Извини, Рэй, но сделка есть сделка, и у меня все еще стоит, — говорю я. Он пятится по кровати, глаза все еще закрыты, и он пытается протереть их.
Я резко шлепаю его по яйцам, и он плачет от боли.
— Пусть лежат там, где лежат, — командую я, но его руки уже у паха, а про залитые спермой глаза он забыл.
Я заползаю на кровать и раздвигаю его ноги. Рэй пытается сопротивляться, но я сильнее. Я поднимаю его ноги и держу их одной рукой. Он отдергивает их, и я снова шлепаю его по яйцам. В этот раз сильнее.
— Нет, — снова ахает он, но я возвращаю его ноги в исходное положение, и на этот раз они остаются на месте.
— Держи их, Рэй, — требую я, и он подчиняется. Он стонет, когда мои покрытые смазкой пальцы касаются его задницы.
— Пожалуйста, нет, в шкафу есть еще двести баксов, — умоляет он. Я вставляю в него палец.
— А-р-р-р, — кричит он.
Я никуда не тороплюсь, поэтому я постепенно вставляю четыре пальца в его задницу, добавляя по одному каждый раз, когда решаю, что он готов. Бля, у него узкая жопа, и я не могу дождаться, чтобы сорвать эту маленькую ванильную вишенку.
— Нет, нет, пожалуйста, нет, — почти скандирует он, его покрытое спермой лицо трясется, а губы дрожат.
Я вынимаю пальцы и мажу свой член. Вот оно.
— Расслабься, Рэй, — говорю я ему, — я собираюсь насладиться процессом.
Я закрываю его рот рукой и прижимаю свой член к его заднице. Он
Ирония судьбы или моя фотосессия