не мог себя контролировать, уронил сумку и челюсть, задыхаясь от возмущения и удивления.
"О боже мой! Джакс!"
Услышав мои слова, он повернул голову, но поначалу не сделал никаких других движений. Его каштановые волосы, как всегда, были в идеальном порядке, а лёгкая улыбка, которую он мне подарил, была такой мальчишеской, что застала меня врасплох и лишила дара речи. Даже сидя, он возвышался надо мной с обнажённой мускулистой грудью, точёным телосложением и уверенной осанкой.
— Ого... Сэми?! Чёрт возьми...
В его низком голосе слышалось какое-то странное восхищение, которого я раньше не замечал, пока он осматривал меня. Его слова были прерывистыми от искреннего удивления, и он, казалось, был застигнут врасплох так же, как и я. Его ледяные глаза скользили по мне, задерживаясь на моих ногах, задирая юбку, и наконец остановились на моём лице. Я пошатнулся, чувствуя, как слабеют колени от очевидного желания в его взгляде. Но мы были одни, и у меня были большие проблемы. В таком положении он мог делать всё, что хотел. И он уже был голым! Мне нужно было уйти.
Прежде чем я успел развернуться и сбежать, он развернулся ко мне лицом, демонстрируя свою твёрдую эрекцию, угрожающе покачивающуюся между его ног и направленную прямо на меня.
Всякий раз, когда меня ловили за тем, что я прикасаюсь к себе (было несколько подавленных воспоминаний), я тут же заливался стыдом, съеживался, прятался и придумывал любые оправдания. Я не мог представить, что Джакс сидит так откровенно и непристойно, без тени смущения. Он вёл себя так, будто нет ничего естественнее, чем быть совершенно голым и поглаживать свой твёрдый член посреди нашей общей комнаты. Самообладание сошло с него, как вода со скалы, и перед лицом его решительности я почувствовал себя незваным гостем.
И его член был таким твёрдым. Клянусь, он был даже больше, чем в прошлый раз, когда я его видел, угрожающе выпирал из его промежности и слегка покачивался, словно маня меня подойти ближе. То, что я сначала счел отвратительным, я начал признавать — и ценить. Мой взгляд без труда скользил от его свисающих яиц вверх по толстому стволу, испещрённому венами, к набухшим, раскрасневшимся краям головки. Я мог представить, как он нагревался в моей руке, как он дёргался и подпрыгивал всем своим массивным телом, когда я тянул его на себя.
"Эй, закрой дверь".
Голос Джакса разрушил моё оцепенение, и я залился краской, осознав, что пялился на него с открытым ртом. Я перевел взгляд в другую сторону комнаты, чтобы не смотреть на него, и мои руки закрыли за мной дверь независимо от мозга, забыв о планах уйти.
Затем я понял кое-что странное. Джакс не назвал меня киской и вообще не оскорбил. На самом деле, его тон был вполне вежливым. С любопытством, граничащим с отвагой, я обвел взглядом комнату, старательно избегая смотреть на его живот, и обнаружил, что он ждёт меня. Но на его лице не было ожидаемой ухмылки, из-за которой мне хотелось ударить его по самодовольной роже. Вместо этого он по-мальчишески улыбался, смущённо и виновато.
— Извини... У меня в запасе только три вида таблеток, но я их, чёрт возьми, перепутал!
Он извинился, но не сдвинулся с места, его член и яйца заполняли пространство между нами. Пока он говорил, его взгляд блуждал по моему телу, прожигая кожу. Я нервно повел ногами, и это движение напомнило мне о пробке, которая всё ещё была внутри меня.
— П-П-почему...
«Я собирался закинуться травкой... эти маленькие засранцы синие, как мои таблетки для члена».
Это было нелепое объяснение, но я был настолько подавлена его мужественной аурой и
Нежная струйка