него? - поразмыслив с пару секунд, ответил я и, получив утвердительный ответ, взял девушку за руку.
Мы прошли в комнату. Я лег на кровать. Полина села мне на живот, с азартом первооткрывателя глядя мне в глаза сверху вниз. Потерлась половыми губами о мой волосатый живот, оставляя на нем ощущение влаги. Наигравшись таким образом, стала двигать тазом назад, пока не уперлась ягодицами в член.
Слегка приподнявшись, дочь попыталась ввести его в себя рукой, но, промучившись пару раз, бросила затею. Привстав так, что он оказался у нее ровно между ног, Полина начала опускаться. Головка ткнулась во входное отверстие. Девушке пришлось надавить, чтобы пропустить ее в себя. С некоторым усилием и ее глубоким вздохом, ей удалось, и теперь она медленно опускалась по стволу вниз, упираясь мне в живот ладошками. Вид при этом у нее был очень серьезный. Сев на член чуть больше, чем до середины, Полина застыла. Начала подниматься - все с тем же серьезным видом, но уже еле сдерживая себя. Когда с ее губ слетел первый вздох, ноги девушки предательски задрожали. Она рухнула вниз, издав в конце протяжный вскрик.
— Все хорошо? - забеспокоился я, внимательно наблюдавший за ее телодвижениями.
— Просто охуенно! - прошептала она, сдувая со лба упавшие на него волосы. - Пап, - вопреки нашему уговору, сказала дочь. - Тебе придется мною двигать. Я не могу сама...
— Ты можешь наклониться вперед? - мне стало смешно, и я не скрывал этого - она была точно, как кролик, нанизавнный на хобот! - девушка легла мне на грудь; обняв ее одной рукой, я согнул слегка ноги в коленях и начал не торопливо выходить из нее.
Полина постанывала. Теперь обратно. Стоны становились громче. Движения быстрее. Смазка стекала мне на яйца, когда я быстрыми короткими движениями вдалбливал разбухную головку в молодую матку. Не большую попку с упругими ягодицами непрестанно трясло. Дочь кричала так, что мне казалось, она сейчас расплачется, но ее слова говорили об ином:
— ДА! Еще! - и я давал ей это "еще", пока ее всю не начало подкидывать на мне; я замер, давая ей прийти в себя. - Ты все? - устало спросила она.
— Нет, - мне стало любопытно, сколько она еще продержится.
— Тогда продолжай! - она была ненасытна. - Только в этот раз скажи заранее, когда начнешь кончать!
Я ничего не ответил, снова взяв темп. После нескольких минут бешенных скачек под нескончаемые крики девушки, появилось ощущение скорого конца этого раунда.
— Я кончаю! - выполнил я просьбу дочери.
Она тут же откинула с себя мою руку, соскочила с члена и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, снова улеглась мне на живот и грудь. Я гледел в ее расширенное членом влагалище с красным по краям, а Полина, взяв головку в рот, доила меня руками, пока сперма не устремилась толчками ей рот. Выпив все до капли, она повернула голову:
— Вы же отвезете меня домой, Виталий Николаевич? - с довольной улыбкой спросила дочь.
Моя любимая деревня