знаешь моих родителей. Они обязательно пойдут тебя провожать и ещё гостинцев наложат. Ты что их прямо ко мне и приведёшь. – спросил я.
— Я об этом не подумала – сказала сестра.
— А ты где предлагаешь – спросила она.
— Думаю на остановке. Они тебя всё равно туда проводят а когда уйдут то я буду рядом в лесу. Он на пригорке и ты меня сразу увидишь. Ну а если что то не так будет там по обстановке сама смотри. Только обо мне не говори ничего – объяснил я.
— Я поняла – сказала сестра и ушла.
Я обогнув село и перебежав через дорогу оказался в лесу за остановкой. Дорога, ведущая к селу, и вся улица, были, как на ладони, так что я был уверен, что увижу всё ещё заранее, как они будут подходить к остановке. Ждал долго и уже проголодался, но еды мы с собой не взяли и я не знал, что бы перекусить. С северной стороны кое-где ещё лежал снег, и были проталины и лужи, но пить из них воду я не решался. Самое большее, что я мог себе позволить это, утолить жажду, пососав снег и растопив его во рту. Я так и делал время от времени и это помогало. Иногда проезжающие машины могли заметить меня так как лес был так же как и я голый, без листвы и скрыться в нём было сложно и лишь редкие сосёнки помогали мне это сделать но всё равно иногда мне приходилось при виде машин приседать и прятаться за ствол берёз. Так само собой и нашёл себе новое развлечение в период ожидания. Когда я приседал мои яйца, болтаясь на канатиках, опускались и ложились то на землю, то на мокрую листву, то прямо в грязь. В итоге они стали чёрными и ничем не отличались от комков земли. Только спустя несколько часов, как мы расстались с сестрой за огородами, я вновь увидел её в сопровождении трёх человек и сразу понял, что это были мои родители и жена брата. Его, наверное, снова не было дома.
Они подошли к остановке и стали ждать. О чём-то разговаривали и смеялись. Таня стояла и весело смеялась иногда покручиваясь на каблуках и оглядываясь по сторонам. Я присел за сосёнками чуть ли не попой прямо в грязь и наблюдал за ними. Вот мимо проехала одна машина, другая и вдруг останавливается фургон. Что за ним происходило, я не видел, но когда он отъехал, то я увидел как родители и жена брата удалялись в сторону своего дома, а Тани нигде не было. Они поймали попутку и отправили её. Я сильно расстроился и выйдя из-за укрытия побрёл по опушке в сторону своего дома. Путь был не близкий, больше двенадцати километров. А вдалеке виднелась задняя часть фургона, и тут я увидел, как фургон остановился и из него кто-то вышел и он поехал дальше. А силуэт направился в мою сторону и я понял, что Таня что-то придумала и вылезла, и я бросился бежать к ней навстречу по опушке леса и когда только поравнялся с ней, то вышел так чтобы она меня заметила. Таня свернула с дороги и подошла ко мне. Увидев меня в такой грязи, она спросила.
— Ты это где лазил – и рассмеялась.
Она снова была весела, разговорчива, и шутила, как в первый день приезда, и я понял, что родители угостили её своей домашней наливкой.
Я наплёл кучу всякого как пробирался к остановке и прятался чтобы меня не заметили и спросил её.
Безрассудность