спал, а проснулся я, то увидел возле нас, стояла Лена, с широко открытым ртом и округлившимися глазами и что-то пыталась сказать Тане.
— Лен, извини, я раз брыкался и тут же стал натягивать на себя, сползшее на пол покрывало. Дома было тепло или даже немного жарко, но я спал голым и как я лёг, и как разделся, я не помню. Не знаю почему мне вдруг было неудобно при Лене лежать голым хотя она даже при Димке видела меня не раз и в более неприглядном виде и тут я вспомнил что у меня нет мошонки и она увидела то чего не знала ни она ни Димка. Я быстро накрылся, как тут пришла сестра, и Лена её спрашивает.
— Таня, это, правда, или мне показалось?
— Что показалось – переспросила Таня.
— То что у него яйца без скорлупы – хихикнув, ответила Лена.
— Ну, да – смущаясь и сдерживая улыбку, как бы подтвердила сестра, хотя и обещала вчера ничего не говорить. Виноват был я, и не надо было в этом кого-то винить. Напился как свинья и показал всё в полном объёме и развёрнутом виде, а теперь виню кого то.
— Он ещё в том году скорлупу выбросил куда-то, и тут Таня не сдержалась и громко рассмеялась. Её смех передался Лене и они, согнувшись и держась за животы громко смеялись. Не просто смеялись, а ржали до слёз. Я только и слышал, как запинаясь, и заикаясь, от смеха, повторяла сестра.
— Ну и придумала же ты, скорлупа и они снова громко смеялись, что разбудили Димку.
— Дайте поспать. – возмутился он.
Лена и Таня вышли на кухню и ещё долго шушукались и смеялись. До меня долетали только отдельные слова, но связать их воедино и понять о чём они говорят, я не мог. Голова просто раскалывалась и я натянув штаны вышел на улицу. Закурив и сделав пару затяжек мне стало легче. Таня вынесла мне что то попить и сделав пару глотков мне совсем стало хорошо. Вскоре с таким же напитком вышел, и Димка и попросил у меня закурить. Мы сидели с ним и дымили как паровоз. Ещё через полчаса нас позвали на завтрак. Таня, откопав у меня в холодильнике рыбу, сварила уху или суп, и мы с удовольствием его похлебали, и сразу захотелось жить.
К вечеру Дима и Лена собирались уезжать, и я помог им нагрузиться картошкой и кое-какими солениями. У нас все заготовки были давно общими, но хранились у меня в погребе. В квартире хранить было негде, и они часто приезжали, чтобы пополнить свои запасы ну и конечно весной и осенью, не говоря уже и про лето, они всегда помогали мне с моим огромным огородом. Вот и в этот раз, когда мы загрузились, Лена спросила меня.
— Серёж, когда тебе рассаду привезти? – и окинув меня взглядом рассмеялась. Её смех снова подхватила сестра, и они убежали в дом.
— Серёга, чего они всё утро ржут как лошади – спросил Димка.
— Кто их знает. Давно не виделись, и может, что-то вспомнили – притворился я, что будь то, не знаю.
Шли последние числа марта, и Лена перед отъездом сказала.
— В следующие выходные мы привезём рассаду, приготовь место.
— Хорошо – ответил я, и они уехали, а Таня в течение двух дней, ещё смеялась, когда видела мои болтающиеся на канатиках яйца. Видно слово скорлупа в применении к моим яичкам и мошонке казалось очень смешным.
В свободное время мы часто с сестрой гуляли в лесу, общались и разговаривали, и Таня рассказала мне,
История супружеской измены. Часть 1