кончили тем, что переспали, и за тридцать лет я привык просыпаться, чувствуя, как мой член по утрам прижимается к ее круглой попке. Я теребил ее влажную киску, а она стонала во сне, когда я пришел в себя и включил свет. Она села и просто улыбнулась мне.
— Еще несколько минут, и ты бы засунул свой член в меня, - ухмыльнулась она. - Почему твой мозг не может осознать то, что уже известно нашему телу? Я облажалась. Мне очень жаль, милый. Но мы любим друг друга и созданы друг для друга.
— Убирайтесь из моей квартиры, - спокойно сказал я.
— Позвони своему адвокату, милый, - сказала она с сарказмом.
— Я позвоню, - сказал я.
— Я позвонил ему и попросил приехать. Он сказал, что будет через тридцать минут, и он был на месте. Я собрался принять душ, но Кэти остановила меня. Она сказала, что уничтожение улик незаконно. Так что мы просто сели на кровать и стали ждать его. Она пыталась поддерживать светскую беседу и говорила, как любит меня и скучает по мне, но я отказался. Потом я заметил это. Кэти похудела. Не до смешного, но определенно похудела. С ее волосами тоже было что-то не так. Они казались безжизненными.
— Когда приехал мой адвокат, я обвинил Кэти во взломе моей квартиры. Я сказал ему, что он должен обвинить и ее во вторжении на чужую территорию. А она просто сидела и улыбалась.
— У вас, ребята, был секс? - спросил он.
— Черт возьми, нет, - сказал я. - Я бы не стал трогать ее членом.
Лицо Кэти вытянулось. Она улыбнулась и энергично закивала головой. Она раздвинула ноги и прикрыла рукой свою киску, чтобы он не мог этого видеть. Я думаю, что он был рад по двум причинам. Во-первых, потому что он был молодым мужественным парнем лет тридцати с небольшим. Не думаю, что ему было интересно смотреть на пятидесятилетнюю киску. А во-вторых, потому что, я думаю, он понял, как сильно я ее ревную.
— Прижав одну руку к своей киске, Кэти указала другой рукой на каплю засохшей спермы. Она также указала на похожие пятна на моих боксерах.
— Но мы не... - начал я.
— Нет, мы этого не делали, но ты бы хотел, чтобы мы это сделали, не так ли? - ухмыльнулась она. - Я подрочила ему, потому что его член так сильно упирался мне в задницу, что я боялась, что он войдет внутрь и он обвинит меня в изнасиловании. Это соответствует требованиям раздела семь тринадцать, не так ли?
— Я наблюдал, как мой адвокат неохотно кивнул головой.
— Что, черт возьми, здесь происходит? – спросил я.
— Она может остаться здесь на тридцать дней, - сказал он. - Вы женатая пара. Прошлой ночью вы спали в одной постели и занимались сексом. Развод должен быть приостановлен, и она может пожить в вашем доме по крайней мере тридцать дней. - У меня был приступ. Я принял душ, и Кэти начала готовить мне завтрак.
— В холодильнике не так уж много продуктов, - сказала она, улыбаясь. - Мне нужно пройтись по магазинам. Что бы ты хотел на ужин?
— Кроме твоего отсутствия? - спросил я.
— Кэти усилила свои попытки вернуть меня, поэтому мне пришлось усилить свои, чтобы сбежать. Я ни за что не собирался жить с ней в течение тридцати дней, поэтому я вернулся в дом. Я также перешел в яростную атаку на Кэти.
— В тот вечер при разводе были названы имена ее матери и отца, а также многих
кума