меня в возбуждение, а мой внутренний голос мне сказал: «Ну что, Майкл, ты такой же больной извращенец, как и она. Я вас поздравляю: вы оба с катушек съехали. И вы оба всех погубите». Я попытался мысленно ему возразить, но он стал показывать мне истерзанную задницу Дженн и как она ковыляет в металлической броне. Блин, может он и прав, но вот только что мне с этим делать. Тут в лабораторию зашла Дженн.
—Майкл, давай, можешь воспользоваться туалетной комнатой, — сказала она. — Не забудь только сегодня взять ту пижаму, которой мы разжились. И оставь там грязное бельё, я постираю.
—Я и сам могу это сделать, — ответил я.
—Не нужно тратить времени. У меня это выйдет быстрее, — сказала Дженн, а я поцеловал её и взяв свой рюкзак и быструю и бесшумную винтовку, отправился в туалетную комнату бара. Тут у меня была возможность только обтереться, почистить зубы и сбрить лишнюю растительность. Блин, в чём я согласен с Дженн, что нам реально нужен дом с большой кроватью и ванной. Только вот какая цена всего этого? В прошлую пятницу я подсчитал, что на мне смерть 56 человек. За неделю эта цифра увеличилась на 10 человек. А закончилась только 3-я неделя с нашего выхода на поверхность. Не могу сказать, что эти люди этого не заслужили. Они нападали на нас, кто-то из них был безумен и у меня не было выбора. Но всё же. С этими мыслями я сбрил щетину, что отросла, оделся в пижаму и отправился обратно в лабораторию, но Дженн я там не застал. Блин. Впрочем, если она пошла в туалетную комнату, то нужно её только подождать. Тем не менее, ожидание затянулось. Я снова погрузился в свои мысли, вспоминая бой возле вездехода Сони и убитых мной Чёрных Грифов. Может быть, один из них был потомком Клинта Диксона, кто знает? А потом я вспомнил Арона Гина и его привычку тоже подводить итоги по пятницам. И его бездыханное тело, распятое на вентиляции. Блин, так дело не пойдёт. Я осмотрел помещение и... Блин. Дженн оставила тут свою винтовку. А ей идти по открытому пространству между баром и лабораторией. Я взял свою быструю и бесшумную винтовку и вышел из лаборатории на крыльцо. Так, сейчас 10 вечера. Жду Дженн полчаса, если она не объявится, то пойду искать. Заодно прислушивался к ночной тишине. Дженн объявилась спустя 20 минут, выйдя из двери бара в розовой ночнушке с ведром в руке, в котором несла выстиранное бельё. Так уже хорошо. Я пропустил её внутрь лаборатории, потом закрыл дверь на засов и забаррикадировал ящиком. Дженн в это время развешивал бельё на натянутые верёвки.
—Дженн, ты ничего не забыла? — спросил я.
—А что я забыла? — переспросила Дженн.
—Ну, например, свою винтовку, — ответил я.
—Так вот же она, — показала Дженн на лежащую на столе винтовку.
—Я вижу. А где она должна была быть, когда ты выходишь наружу? — спросил я.
—Я забыла, — ответила Дженн.
—Вот и я о том же. Дженн, мы не можем здесь расслабляться. Барстоу ещё недавно был обитаем и его обитатели могут вернуться, — сказал я.
—Я поняла, — сказала Дженн, закончив развешивать бельё. Затем она открыла рюкзак, достала оттуда красные чулки, как раз под цвет своей ночнушки и стала их натягивать на свои ноги.
—Что ты поняла? — спросил я, когда Дженн уже пристёгивала кожаные подвязки для чулок.
—Я поняла, что облажалась, когда оставила тут винтовку. И ты меня сейчас за это накажешь. 1-й круг — 9 ударов по
Наедине