— сказал он, улыбнувшись. — Вроде бы ты такая юная, но мы говорим о вещах, которые знакомы нам обоим.
Я тоже улыбнулась.
— Может, дело в том, что школа меняется меньше, чем мы думаем?
Он кивнул, задумчиво проведя пальцами по краю чашки.
— Возможно. Или в том, что некоторые встречи случаются не просто так.
В его голосе б ыла легкая загадка. Я ощутила, как внутри меня снова вспыхнуло то странное, волнующее чувство. Это был всего лишь разговор, всего лишь обмен воспоминаниями... но что-то в этом моменте казалось важным.
Я смотрела, как он надевает пальто, поправляет воротник. Он не торопился, но и не тянул время — просто уходил. Как будто этот вечер ничего для него не значил. Как будто я была всего лишь случайной встречей, чем-то мимолетным.
А для меня?
Для меня это было первым шагом. Первым настоящим шагом в новую, неизведанную сторону, туда, где не было места детским мечтам, только ощущение чего-то более реального, более настоящего. Я не знала, что должна сказать, что сделать, чтобы он не ушел просто так.
Мое сердце билось неровно, мысли метались.
Но я так и не сказала ни слова.
Александр кивнул мне еще раз, чуть улыбнулся — и вышел.
Я осталась сидеть, глядя в чашку, сжимая в руках остывший кофе.
Мне хотелось что-то сделать. Что-то изменить. Но я не знала, как.
И самое страшное — я не знала, увижу ли я его снова.
Как будто на этом вечере история только начиналась.
Александр посмотрел на часы, потом, слегка потянувшись, встал из-за стола.
— Ну, пока, Катя, мне пора, — сказал он спокойно, как будто наш разговор был обычной, ничем не примечательной беседой с незнакомкой. — Может, еще увидимся в этом кафе.
Я кивнула, но внутри меня что-то резко сжалось. В животе похолодело, будто туда внезапно упала ледяная глыба.
И это все?
Он просто уходит?
Я сидела за столиком, ощущая, как что-то внутри меня кричит: «Сделай что-нибудь! Не отпускай его вот так!»
— Подождите, — выпалила я, голос звучал чуть сбивчиво, но достаточно громко, чтобы он услышал.
Александр остановился. Медленно повернулся ко мне и посмотрел с новым выражением — не просто с любопытством, а с настоящей задумчивостью.
— А-а-а... можно мне пойти с вами? — Я сама испугалась своего вопроса, но было уже поздно.
Он прищурился, оценивающе осмотрел меня, словно впервые действительно разглядывая.
— Ты, наверное, хочешь продолжения? — спросил он, его голос звучал спокойно, но в нем было что-то изучающее, какое-то скрытое напряжение.
Я сглотнула, ощущая, как по спине пробежал горячий укол стыда, но пути назад не было.
— Д-д-да... — промямлила я, чувствуя, как лицо заливает жар.
— Какого именно? — его голос был мягким, но в нем явно звучало испытание.
Какого именно? Я не знала. Не могла сказать прямо, не могла выразить словами того, что мучило меня столько лет. Ну не говорить же ему: «Понимаете, я с детства не могу избавиться от желания, которое не дает мне покоя».
Я глубоко вдохнула и вдруг поняла, что не могу больше прятаться за намеками.
— Я хочу этого, — призналась я, глядя ему прямо в глаза. — Ну, в первый раз... Вы же понимаете. Я хочу с вами.
Я ожидала чего угодно — смеха, осуждения, насмешливого ответа, но не того, что произошло дальше.
Александр не улыбнулся, не удивился. Он лишь внимательно посмотрел на меня, а потом на мгновение опустил глаза, будто что-то обдумывая. В его взгляде появилось что-то другое — серьезность, что-то, чего я не могла расшифровать.
— Знаешь, Катя, — наконец сказал он, — я сейчас тороплюсь, у меня важная деловая встреча.
Я замерла, чувствуя, как что-то внутри болезненно сжалось. Он уходит?
Юленька