— Недоразумение?! Ты думаешь, я поверю в эту чушь? Ты подглядывал за мной, Макс, за мной, своей сестрой! Это… это больно, это унизительно, и я не знаю, как после этого смотреть на тебя! — Её голос дрогнул, и она отвернулась, чтобы скрыть румянец, который заливал её лицо. Но её тело, напряжённое, с дрожащими плечами, выдавало её смятение — смесь гнева, стыда и лёгкого, почти запретного любопытства.
Максим, видя её реакцию, почувствовал, как паника перерастает в отчаяние. Он шагнул к ней, но замер, когда она отпрянула, сжав зеркальце ещё сильнее.
— Ир, послушай, я… я не могу объяснить, но это не так, как ты думаешь! Я… я просто… — Он замолчал, его взгляд упал на её шею, где капля воды всё ещё блестела на коже, и его разум помутился. — Я… я хочу секса, Ир. Постоянно. Это как болезнь, как пелена, я не могу остановиться, и ты… ты такая красивая, что я…
Ира замерла, её глаза расширились, а рот приоткрылся от шока. Её лицо побагровело, и она отступила ещё дальше, прижав зеркальце к груди, словно щит.
— Что?! — выдохнула она, её голос был полон ужаса и гнева, но в нём мелькнула лёгкая нота, которую она сама не могла понять — что-то вроде трепета, смешанного с ужасом. — Ты… ты больной, Макс!
Не сказав больше ни слова, она развернулась и вышла из комнаты, сжимая зеркальце в руках. Дверь за ней захлопнулась с лёгким стуком, оставив Максима одного, с бешено бьющимся сердцем и чувством, что он только что разрушил всё, что между ними было. Его ноги дрожали, а в голове крутился один вопрос: “Что я наделал?”
На следующий день Ира, всё ещё потрясённая и смущённая, не могла забыть слова Максима. Её зелёные глаза, обычно такие спокойные, теперь горели гневом и любопытством, пока она сидела в своей комнате, держа зеркальце на столе перед собой. Она пыталась понять, что делать — рассказать родителям, игнорировать его, как-то пристыдить, но что-то в ней сопротивлялось. Её пальцы, тонкие и дрожащие, коснулись холодной поверхности зеркальца, и она вспомнила его взгляд, его краснеющее лицо, его признание. Это было отвратительно, но… почему-то её тело отзывалось лёгким теплом, которое она гнала прочь, краснея от стыда.
Решив выяснить правду, она подождала, пока Максим ушёл в магазин, и прокралась в его комнату. Её сердце билось, как у воришки, когда она села за его компьютер. Комп запросил пароль, и её пальцы зависли над клавиатурой. Она вспомнила один момент, когда Максим, случайно набрал код на её глазах — “945890". С замиранием сердца она ввела комбинацию, и комп оживился, показывая рабочий стол, усеянный иконками игр и папок с непонятными именами. Её взгляд упал на иконку браузера — простой значок Chrome, который он, видимо, использовал чаще всего. Она кликнула по нему, и залезла в историю просмотров.
Сердце Иры замерло, когда она начала прокручивать страницы, которые он посещал за последние недели. Сначала шли обычные сайты — форумы по играм, видео на YouTube, заказы пиццы, — но затем она заметила странные названия: "Forbidden Love Stories", "Brother-Sister Passion", "Taboo Desires". Её брови поползли вверх, а щеки мгновенно залил румянец, горячий, как пар от её душа. Она кликнула на одну из ссылок, и страница открыла форум, где публиковались рассказы — эротические, полные страсти и запретных сцен, где братья и сёстры становились объектами желания друг друга. Её руки замерли, когда она начала читать: "Её рыжие волосы падали на его грудь, пока она шептала его имя в
Черный маг трахает девственницу