темноте, её тело, горячее и мягкое, прижималось к нему, и он не мог сопротивляться её соблазну…" Слова обжигали, и Ира почувствовала, как её дыхание участилось, а внизу живота родилось странное, почти болезненное тепло, которое она тут же подавила, сжав кулаки.
Она прокручивала дальше, открывая одну историю за другой. Каждая из них была наполнена деталями, которые заставляли её сердце биться быстрее: описания рыжих волос, зелёных глаз, стройных фигур, похожих на её собственную. Она читала, как героиня, похожая на неё, стонала в объятиях брата, как её тело извивалось под его руками, как их страсть переплеталась с чувством вины и восторга. Она представила, как Максим, сидя в этом же кресле, читал эти тексты, представляя её, и её охватил новый приступ гнева, смешанный с чем-то, что она не хотела признавать — лёгким трепетом, который заставлял её голову кружиться.
Затем она перешла в раздел видео, где история браузера показала длинный список сайтов порно с тегами "brother-sister", "taboo", "incest fantasy". Она кликнула на одно из них, и на экране появилось видео — девушка и молодой парень, чьи черты напоминали Максима, в страстной сцене, полной стонов и движений. Её дыхание сбилось, а пальцы, замершие на клавиатуре, оставили мокрые следы. Звуки — низкие, хриплые стоны девушки, её крики "О-о-о… да!" — эхом отдавались из колонок по комнате, которые она быстро выключила, боясь, что кто-то услышит. Её зелёные глаза, широко раскрытые, смотрели на экран, пока она прокручивала видео, замечая детали — цвет волос, изгибы тела, даже лёгкий загар на коже, который напоминал её собственный. Она хотела закрыть видео, но не могла остановиться — открывала одно за другим, каждый раз чувствуя, как её шок смешивается с чем-то запретным, что она гнала прочь, краснея от стыда.
Через час, проведённый в его комнате, Ира, наконец, откинулась назад, чувствуя, как её спина потеет от напряжения. Её глаза, полные шока и лёгкого любопытства, смотрели на экран, где всё ещё мигала история браузера. Она выключила комп, чувствуя, как её тело бунтует — от гнева, от страха, от того странного тепла, которое накатывало волнами. Она выбежала из комнаты, сжимая кулаки, не заметив, как её шаг, лёгкий и быстрый, оставил следы на ковре от её тапочек. Её разум был заполнен образами — его историей, его тайнами, его желаниями, которые теперь казались ей одновременно отвратительными и притягательными. Она закрыла дверь своей комнаты, прислонилась к ней спиной и, закрыв глаза, попыталась унять дрожь, но тепло внизу живота не уходило, оставляя её в смятении, где-то на грани между отвращением и тайным интересом.
Вечером, борясь с собой, Ира решила отомстить. Она взяла зеркальце, которое после случившегося прятала в ящике стола, и прокралась к комнате Максима. Решив действовать, пока он был в душе, Ира подождала, пока шум воды за дверью ванной стал ровным и громким, и прокралась в его комнату. В комнате пахло его одеколоном — лёгким, с ноткой цитруса. А еще в ней был абсолютнейший бардак, вещи валялись повсюду без всякой системы и логики. Полумрак, с зашторенными окнами, освещался лишь тусклым светом настольной лампы, стоящей на столе рядом с его компом.
Ира затаилась, прислушиваясь к шуму воды, и её глаза, блестящие от напряжения, метнулись к балкону — с застеклёнными дверями. Она бесшумно скользнула и зашла на него, спрятавшись за тяжёлую штору, села на пол, и немного высунула зеркальце из-за стенки балкона, чтобы видеть комнату. Через несколько минут шум воды прекратился, и Максим появился в комнате, вытирая мокрые волосы полотенцем. Его футболка прилипла к груди, подчеркивая мускулы
Эротический этюд 18