бомбу, которая может взорваться в любую секунду, но знакомая текстура и материал успокаивали. Затем я встал посреди комнаты с полными руками, не зная, что делать дальше. Я застыл от нерешительности и страха.
Внезапно меня охватила решимость — у меня почти не осталось времени. Я не мог подвести Джакса. Я проигнорировал терзающие меня сомнения, открыл контейнер и щедро облил смазкой головку пробки. Немного пролилось на пол, но я не обратил на это внимания, намереваясь закончить все, пока у меня не пропала решимость.
Я быстро подошел к раковине (по-прежнему демонстративно игнорируя своё отражение), наклонился глубоко вперёд, задрал платье выше ягодиц и спустил трусики, сдвигая их в сторону. Для пробы проведя пробкой вверх-вниз по анусу, я вздрогнул от прохлады и ощущения лёгкого давления. Я не смог сдержать стон, когда нашел отверстие кончиком пробки и надавил слегка, чтобы она начала входить в меня.
Я приложил еще больше усилий, толкая ее в себя, а другой рукой потянул за одну ягодицу, чтобы сильнее раздвинуть их. Но дело продвигалось слишком медленно и я издал тихий стон, чувствуя, как моё тугое колечко сопротивляется вторжению. Я сделал паузу, чтобы собраться с мыслями и попытаться расслабить напряжённые от волнения мышцы.
Глубокий вдох.
Я не мог отступить. Мне нужно было показать, что я могу быть храброй ради него.
Выдохни.
Мне нужно было показать ему, что я хочу быть его. Я хотел быть с ним. Эта мысль даже не сильно меня удивила, хотя я впервые признался себе в этом. Мне нравилось быть его подружкой для секса, его отдушиной. Но я хотел большего.
Я надавил сильнее, пытаясь расслабиться и одновременно расширить свою задницу, и внезапно моя дырочка уступила. На мгновение она растянулась почти болезненно, затем мой анус сомкнулся, и пробка вошла внутрь, заполняя меня. Запоздалый возглас удивления сорвался с моих губ, превратившись в игривое хихиканье, которое я не смог сдержать. Больший размер пробки был очень заметен; как по ощущению наполненности внутри меня, так и по тому, как моя дырочка отчаянно сжималась вокруг выступающего основания, тщетно сжимаясь. По моей коже пробежала дрожь, я выпрямился, натягивая трусики поверх пробки, расправляя юбку позади себя, взволнованный и смущённый, хотя и был один.
Это было пугающе приятное ощущение.
Без лишних слов, зная, что мне придётся заставить себя, я посмотрел в зеркало и увидел Сэми. Себя. Я был Сэми.
Я был миниатюрной и бледной, с белокурыми волосами, которые отливали серебром в сравнении с моей тёмной одеждой и макияжем. Они обрамляли мою голову, как нимб, подчёркивая идеальную симметрию, а один глаз кокетливо прятался за чёлкой. Мои угольно-чёрные ресницы удивлённо затрепетали, когда я широко раскрыл глаза, а маленькие стрелки привлекли внимание к моим выразительным скулам. Тёмно-чёрная помада подчёркивала пухлые губы, которые почти незаметно дрожали при каждом вдохе.
Платье было в стиле аниме, но более тёмное и откровенное; скандальный образ куклы-малыша, подчёркиваемый моими бледными обнажёнными плечами и бёдрами, сеткой, которая облегала мою кожу. Фиолетовые полосы мерцали и слегка колыхались, а пышное кружево на подоле колыхалось при каждом моём движении, открывая значительно больше моих ног, чем я ожидал.
Грудь у меня была едва заметна, но это не имело значения: облегающее платье подчёркивало то немногое, что у меня было, а моя подтянутая фигура компенсировала любые недостатки. Тренировки Синди приносили свои плоды — я хорошо выглядел. Я обернулся и заметил, как из-под кружевных оборок выглядывают пухлые ягодицы.
Я был прекрасен так, как и должна выглядеть девочка - невинная и сексуальная, наивная и страстная, тёмная и светлая. Я играл с волосами, нервно прикусывал губу, очарованный собственным отражением в зеркале, выискивая
Джек..