пышную грудь скромности. Кожаные брюки с эффектом мокрого блеска облегали её ноги, а намеренно растрёпанные волосы с фиолетовыми прядями и вызывающие пирсинги делали её похожей скорее на девушку-самоубийцу, чем на обычную бунтарку-готку.
Нэт закрыла глаза, прижав пальцы к переносице. На мгновение её плечи напряглись, а затем расслабились, и она снова вздохнула. Она выпрямилась и сосредоточилась на Джаксе, который, как я догадался, сел напротив неё, вне поля моего зрения.
«Я просто сразу перейду к делу. Ты ужасно обошёлся со мной и Сэмом. Этого больше не повторится». Её голос был сильным и громким, слова лились быстро, словно она их репетировала.
— О да? — я слышал ухмылку в его голосе. — И что меня остановит?
«Я рада, что ты спросил», — ответ Натали прозвучал искренне; в её голосе слышалось мрачное удовольствие, как будто она знала что-то, чего не знал он. Она уверенно встретила его взгляд, глядя куда-то вдаль твёрдыми, непокорными глазами.
«Я заявила на тебя в полицию кампуса. Я знаю, что другие девушки этого не делают, потому что ты, наверное, угрожаешь им или подкупаешь их, но я тебя не боюсь, придурок. И завтра я заставлю Сэма пойти со мной, и тогда у них будет две одинаковые истории о том, как ты на нас напал. Они сообщат о тебе декану, и ему придётся отправить тебя в академический отпуск и провести расследование». Я напишу несколько твитов, может, запущу хэштег. По крайней мере, тебя осудят публично, твоя репутация будет разрушена, и ты точно пропустишь остаток этого года.
По мере того, как она говорила, её уверенность росла, и она всё громче описывала неизбежные последствия того, что Джакс пренебрегает нормами и цивилизованным обществом. Я всё ждал, что он перебьёт её, нависнет над ней со своим возмутительным превосходством, заставит её замолчать своими дерзкими оскорблениями. Но ничего не происходило, и она продолжала.
— Кстати, я слышала о вашей «договорённости» с деканом... — Натали замолчала, откинувшись назад, и я увидел, что её улыбка стала шире. Она отреагировала на что-то, что сделал Джакс, тихо рассмеявшись.
— Да, ты не единственный, у кого есть связи. Я знаю, что преподавателям платят за то, чтобы они принимали экзамены у тебя и твоих друзей.
Я был ошеломлен. Джакс всегда казался таким уверенным в себе, таким всеведущим. Зачем ему было покупать оценки? Эту мысль было трудно осознать. Натали выложила свою последнюю карту.
«Сентинел», вероятно, хотела бы заполучить доказательства того, что «элитные студенты-спортсмены» покупают свои оценки. Там должен быть какой-то подвох, чтобы собрать протест, не так ли? — она мило улыбнулась, и мне показалось, что я услышала стон Джакса.
Я был шокирован коварством Натали. «Сентинел» была школьной газетой, которую выпускали студенты и которая славилась как стартовая площадка для будущих бесстрашных репортёров, набивающих руку на местных скандалах. Они бы ухватились за это, а потом разнесли бы по всему кампусу, по городу, а может, и дальше.
В главной комнате повисла тишина, и я понял, что это из-за Джакса, который ничего не сказал в ответ на откровения Натали. Я не мог припомнить, чтобы Джакс когда-либо был таким молчаливым. На мгновение моя абсолютная уверенность в нём пошатнулась. Похоже, Натали взяла верх. Может быть, в конце концов, он всего лишь смертный.
Натали думала о том же самом.
— Тебе нечего сказать? Всемогущий умник Джексон не может ничего объяснить?
"Чего ты хочешь?".
Я слышал, как он стиснул зубы, и его голос был холоден, как смерть. Я бы вывернулся наизнанку под давлением его взгляда, но Натали каким-то образом сохранила самообладание.
«Ты можешь всё это уладить. Я заберу заявление, ты оставишь Сэма
Мой отпуск в БЕЛОРУССИИ