И Крохе мучительно хотелось в этом признаться. Но он боялся. Хотя чего уж теперь-то... Они ведь и так всё знают про него. А чего не знают, то смогут легко прочитать вот прямо сейчас, еще поглубже заглянув ему в подкорку...
— Да, я пиздолиз... - прошептал он. - И всегда им был. Вернее, мечтал быть.
Девушки мечтательно улыбнувшись, переглянулись.
— Ну, вот и отлично! – удовлетворённо сказала Стеша. – Значит, теперь у нас по утрам будет отменный кофе и сладкий томный куни в придачу, верно?
Было непонятно, к кому конкретно она обращалась с этим вопросом, но Кроха решил, что к нему, и поспешил утвердительно кивнуть несколько раз.
— Итак, где кофе? – спросила Мара, убирая ногу и отпуская парня.
Кроха тут же принялся суетиться. Он набрал воду в электрочайник, включил его, стал шариться по шкафчикам и полочкам в поисках дамских чашек и растворимого кофе, в общем вёл себя суетливо и осознавая это ещё сильнее смущался и тупил.
Девушки наблюдали за ним насмешливо и глумливо.
Когда же кофе был готов, и Кроха подал каждой её кружку, а сам встал как официант, не зная, куда деть свои руки и вообще, не провалиться ли ему сквозь землю, Стеша подняла на него взгляд и задумчиво так спросила:
— Ну? И что ты стоишь? Не знаешь что делать? Кроха робко пожал плечами.
— Как так? – продолжала куражиться Стеша. – А в воскресенье, во время большой порки, ты прекрасно знал, где тебе положено быть, и что там ты должен делать, или забыл уже?
Кроха глубоко выдохнул. Да, это злосчастное воскресенье он никогда в своей жизни не забудет. Это было отвратительная по своей жестокости экзекуция. Самое настоящее кровавое воскресенье. Его друзей секли ремнями, розгами, били палками, а он в это время сидел под дамским столом и...
— Что ты там делал? – спросила Мара, сладко ухмыляясь. – Расскажи нам во всех грязных подробностях, чем ты там, под столом, занимался, ну же!
— Сначала я делал всем желающим дамам массаж ног, - выпалил Кроха, и стало легче. Он решил больше не тушеваться, а говорить просто и открыто.
— И кому ты делал массаж?
— Точно не помню.
— Врешь.
— Да, кажется барышне Акулине. Помню её толстые ступни... - ляпнул Кроха, не подумав.
— Молодец, ухмыльнулась Стеша. – Мы ей передадим, как ты о ней отзываешься. Толстухой её обозвал.
— Нет-нет! Умоляю! – запротестовал парень. – Я не то хотел сказать! Простите! Не надо ничего такого передавать! Просто я хорошо запомнил её пухленькие ножки...
— Пухленькие ножки! – издевательски передразнила его Мара. А ещё что запомнил? Кому-нибудь отлизывал там?
Дом мечты. Часть 1