но к 10-ти обещал приехать, – ответила я, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения.
Наташа посмотрела на часы. Было чуть больше девяти часов утра.
– Ладно, значит, как раз должен приехать, когда начнем съемки. Если что, я ему позвоню узнать, где он. Номер у меня есть еще со вчера, – сказала она с легкой улыбкой.
Мы вошли в гримерку. Анжела уже была там, сидела на кресле для грима. Увидев нас, она радостно помахала рукой и поздоровалась. Мы ответили на приветствие и поздоровались со всей командой гримеров. Хоть я уже и не была единственной обнаженной девушкой в комнате, но мне все равно было неловко, особенно когда я вспомнила, как на глазах у этих двух парней и девушки делала минет Грише.
Парень-гример подошел ко мне и начал рисовать боди-арт под покраску далматина. Его прикосновения к моей обнаженной коже вызывали странное ощущение – смесь стыда и легкого возбуждения. Анжела о чем-то болтала с Наташей, но я их не слушала. Мои мысли были о предстоящих сценах и о том, что мне придется делать минет на глазах у Сережи.
С нашим гримом провозились около получаса. Из моих мыслей меня вывела Света, помощница режиссера, которая вошла в гримерку с анальными пробками-хвостами и двумя ошейниками в руках.
– Так, девочки, я вам принесла аксессуары. Перед выходом не забудьте надеть, – сказала она, кладя хвостики и ошейники на стол.
Слово "надеть" по отношению к анальной пробке, вставляемой в попу, звучало как-то комично. Анжела взяла свою большую пробку и, как и в прошлый раз, обильно намочив слюной, наклонилась и без стеснения вставила себе в анус. Я стояла и держала свой хвост в руке, не решаясь вставлять его здесь при зрителях.
– Катя, давай вставляй свой хвостик, чего ты на него так смотришь? – громко сказала Наташа.
Я опомнилась. – Знаешь, я, наверное, пойду в туалет его вставить, – ответила я.
– Катя, у нас нет на это времени. Уже почти десять, скоро приедет Сережа, и нам нужно его встретить, – сказала она.
Я посмотрела на часы. Было без пяти минут десять. Неужели мне придется вставлять эту пробку здесь при всех? Я еще раз посмотрела на Наташу, ее взгляд показывал, что она от меня ждет. Я огляделась вокруг. Анжела, Света, оба парня-гримера и девушка – все смотрели на меня, как будто сговорились.
Мне было ужасно стыдно, но одновременно я снова почувствовала возбуждение. Дрожащей рукой я поднесла пробку ко рту и наслюнявила, делая это как можно приличнее. Затем поднесла пробку к попе, а другой рукой раздвинула ягодицы. Я хотела повернуться так, чтобы сзади никого не было, но это было невозможно. Поэтому я повернулась задом в сторону Наташи и Анжелы – пусть только они видят мою дырочку, подумала я.
Слегка нагнувшись, я надавила на сфинктер. Он немного приоткрылся, и пробка вошла где-то наполовину. Боли не было, в этот раз я чувствовала себя более уверенно, чем в прошлый. Я попробовала надавить сильнее, затем поступательными движениями протолкнуть пробку внутрь. На удивление, после пары-тройки толчков у меня получилось, и я почувствовала легкую волну наслаждения, когда пробка полностью вошла внутрь.
С хвостом в попе я выпрямилась, стараясь не смотреть гримерам в глаза, и повернулась обратно к Наташе. Мое лицо горело от стыда, но внизу живота разливалось приятное тепло. Соски затвердели, а киска слегка увлажнилась от возбуждения, вызванного этой унизительной, но почему-то возбуждающей ситуацией.
Одев ошейники мы вышли из гримерной и направились на съемочную площадку. Вдруг у Наташи зазвонил телефон. Она ответила, и в трубке я услышала голос Сережи. Видимо, он
Книга джунглей