была единственной в офисе, НЕ голой в День голых секретарш?
Моника огляделась — ни одной поднятой руки.
— Ну что ж, 5 февраля — День голых секретарш, — сказал Дэвид. — Предлагаю пригласить Джорджа Мартинеса, его дочь и вице-президентов в гости в этот день и посмотреть, что мы сможем сделать, чтобы переубедить его.
— Скажу, что великие умы мыслят одинаково, Дэвид, — сказал Альберт. — Поэтому я и позвал сюда Монику и Шэри. Моника, хочу, чтобы ты была особенно дружелюбна с мистером Мартинесом во время его визита. Ты так хорошо справилась с мистером Шварцбауэром в прошлом году, уверен, с Мартинесом будет так же.
Моника вздохнула. В прошлом году её назначили быть «дружелюбной» с мистером Шварцбауэром, чтобы убедить его заключить сделку с «Джей Ти Левинсон», что, конечно, означало помочь ему опустошить яйца. Она могла только предположить, что от неё ждут того же с Мартинесом, теперь, когда она заработала репутацию офисной шлюхи.
— Шэри, раз ты так хороша с женщинами, ты отвечаешь за мисс Ванессу.
Шэри ухмыльнулась.
— С удовольствием!
— Уверен, ты сможешь уговорить эту женщину снять трусики, как всегда, — сказал Альберт.
Моника вынуждена была признать, что это правда. Шэри, возможно, была единственной причиной, почему Моника не уволилась в первый год, когда её попросили участвовать в Дне голых секретарш. Для Шэри нагота, даже публичная и в присутствии мужчин, была самым естественным делом в мире. У неё был талант убеждать других женщин принять эту точку зрения, и она успешно добилась сотрудничества большинства секретарш «Джей Ти Левинсон» за последние шесть Дней голых секретарш.
— Похоже, у нас есть план! — заявил Майк. Все, кажется, согласились.
— Творите магию, дамы! — сказал Альберт. — Убедите Мартинеса согласиться на выкуп, удвою ваш бонус!
— Шэри, если снимешь с Ванессы одежду до её отъезда во вторник, утрою твой! — сказал Дэвид.
— Не проблема! — сказала Шэри с улыбкой.
(. )(. )
Барри Кнапп сидел за столом, когда его секретарша Робин положила перед ним бумагу.
— Что это? — спросил Барри.
— Мое уведомление об увольнении за две недели, — резко сказала Робин.
Барри посмотрел на неё в шоке.
— Ты увольняешься? Почему?
Робин скрестила руки.
— День голых секретарш? Что это за бизнес такой?
Барри пожал плечами.
— Другие девушки согласились. Я слышал, это становится всё более распространённым.
Он съёжился под сердитым взглядом Робин.
— Не со мной. Я даже не выйду в тот день, — отрезала она.
Барри откинулся в кресле, побеждённый.
— Робин, Мартинес приедет в тот день, и мне нужно быть на высоте! Что мне делать без секретарши?
— Придётся справляться без меня. Я ухожу. — Она направилась к двери.
— Могу что-то сделать, чтобы переубедить? — с надеждой предложил он.
Робин остановилась.
— Да! Не заставлять меня являться на работу голой в тот день! Как насчёт этого?
Барри покачал головой с сожалением. Робин вышла. Вздохнув, Барри взял телефон и нажал четвёртую кнопку быстрого набора.
— Привет, Шэри? — сказал Барри. — Мне нужна твоя помощь.
(. )(. )
«Буби Банк» был полностью обнажённым джентльменским клубом, куда сотрудники «Джей Ти Левинсон» часто ходили после работы. Моника и Шэри присоединились к своим похотливым коллегам по просьбе Альберта. Две секретарши сидели в углу, тихо потягивая напитки и наблюдая, как почти голые танцовщицы извиваются на сцене. Моника благодарила судьбу, что в этот момент ей хотя бы не приходится раздеваться. Через несколько дней ей предстоит работать в чём мать родила.
К удивлению Моники, Шэри не была в своём обычном весёлом настроении. Вместо того чтобы глазеть на шикарных танцовщиц вместе с парнями, Шэри угрюмо потягивала маргариту и почти не разговаривала.
Девушка из подъезда