спереди пуговицы, и я не заметила, что расстегнула больше обычного. Когда наклонилась, ткань отвисла. Моя грудь и папа устроили настоящий поединок взглядов. Я поправила футболку, прикрылась. Его лицо покраснело, он встал и вышел из комнаты.
Она покраснела, криво улыбнулась и сказала:
— Бывает. Что поделаешь? Твой черёд.
Гэвин был ошеломлён:
— Это были две реально стыдные истории. Мне жаль это говорить, но моя хуже.
— Серьёзно? Тогда рассказывай.
— Ты знаешь Сесилию, жену моего брата?
— Да. Она милая. Обожаю её британский акцент.
— Вскоре после моего восемнадцатилетия она приехала к нам познакомиться с родителями. Брат объявил, что они помолвлены. Её поселили в моей комнате. Однажды днём я зашёл туда за вещами. Увидел её открытый чемодан — чулки, лифчик, всякое такое. У меня встал, и я сделал ужасную вещь.
Она кивнула, подбадривая:
— Давай, делись.
— Я думал, что дома никого нет. Расстегнул шорты, спустил трусы и начал дрочить. Вдруг дверь распахнулась, и вошла Сесилия. Застукала меня с членом в руке прямо у её чемодана.
— Я застыл. Хотелось провалиться сквозь землю. Она глянула на мой член, улыбнулась и спокойно сказала: «Привет, милый. Знаешь, у меня три брата. Мы жили в маленькой квартире под Лондоном, никакой приватности. Я сбилась со счёта, сколько раз заставала их за этим».
— Она так круто отреагировала. Сказала: «Не смущайся, все парни это делают». Улыбнулась и добавила: «Пойду поплаваю, пришла переодеться». А я как статуя — ни двинуться, ни сказать ничего не мог. Стоял с членом в руке и пялился на неё.
— А потом она разделась прямо передо мной. Постояла секунду, давая мне рассмотреть её голую. Она была шикарна. Небольшие сиськи с большими ареолами, толстые длинные розовые соски. Коричневый пушок над голой киской. Потом надела бикини и сказала: «Ты пошёл в брата. Хороший член, какая-нибудь девчонка будет счастлива».
— Закрыла чемодан, положила сверху свой лифчик и трусики — специально для меня. Сказала: «Вот, может, поможет. Если что-то прольёшь на них — не переживай, я всё равно собиралась их в стирку кинуть». И спокойно ушла. С тех пор ни слова об этом дне.
— Ух ты! — выдохнула Мэллори. А потом спросила: — Ты закончил?
Ему было стыдно признаться, но он кивнул. До дома они ехали молча.
— --
### Второе занятие
Наступил вечер четверга. Для Гэвина время тянулось медленно — он мечтал снова быть с Мэллори и надеялся увидеть её голой. Он заехал за ней. Пока она собиралась, он поболтал с её родителями.
— Здравствуйте, мистер и миссис Кармайкл. Поздравляю с поступлением Мэл в университет!
— Да, замечательно, что она будет учиться в штате осенью, — гордо сказала миссис Кармайкл.
Мэллори спустилась и коротко бросила:
— Пока, мама. Пока, папа. — И вышла. Гэвину пришлось поспешить за ней.
По дороге в университет он сказал:
— Я чувствую себя лучше насчёт курса. Мари разложила всё по полочкам. Теперь я вижу, что рисование — как математика или химия. Есть базовые элементы, которые комбинируются по-разному. У него свои правила, как электроны и протоны составляют материю.
Мэллори настроение было не на высоте. Она попросила:
— Пожалуйста, никому не говори про обязательную наготу. Мои родители с ума сойдут и заставят меня бросить курс.
— Не скажу, — пообещал он. — Поэтому ты так быстро ушла из дома?
— Да. Боялась, что ты проболтаешься моим.
Она продолжила:
— Это несправедливо. Парням можно снимать футболки когда и где угодно, а девчонки должны всегда быть чопорными и правильными. — Она выплеснула раздражение: — На ваши груди и попы никто не пялится, не оценивает. Парням легко, поэтому они не парятся из-за своих тел.
Особая дружба