когда он заходил под крышу и видел меня, то всегда спрашивал.
— Ну что не отвалился ещё твой стручок.
Хоть мне тогда и было почти двадцать, но член у меня уже полностью почти созрел так сказать. Был около двадцати одного сантиметра и толщиной сантиметра три – три с половиной. В общем, было, что жалить крапивой.
— Нет, пока ещё на месте – отвечал я и толкал между крайней плотью и головкой очередной короткий стебель длинной сантиметров пять. Я придумал, как безболезненно их настригать с помощью секатора и у меня их рядом лежало несколько десятков таких коротышей разной толщины, от трёх миллиметров до сантиметра. Брат подошёл рядом и увидел эти толстые настриженные стебли.
— Ты что и эти собираешься себе толкать в член – спросил он.
— А иначе зачем бы я их стриг – ответил я и взяв самый толстый, оттянул крайнюю плоть и вставив стебель между ней и головкой, стал вталкивать внутрь на глазах у брата. Колючки цеплялись, жалили и чуточку царапали кожу, но вскоре стебель был полностью затолкан, и торчало самое больше около сантиметра. Брат подсел рядом и посмотрел на мою головку, а потом на меня. Он не сказал ни слова, а просто взял один отрезанный кусочек стебля и вставив его между крайней плотью и головкой, втолкал рядом.
— Тебе точно не больно – спросил он.
— Нет конечно, если хочешь, то можешь ещё затолкать – сказал я.
Он посмотрел на меня и взял следующий. Так один за другим он на втыкал почти вокруг всей головки, нарезанные коротенькие кусочки стебля от дикой крапивы. Головка и крайняя плоть уже совсем ничего не ощущали, и мне было всё равно, одну он затолкает или десять. Потом он обхватил головку рукой и крепко сжал её и посмотрел на меня. Я даже глазом не моргнул. После этого он вообще перестал обращать на меня внимание и вскоре уехал.
Прошёл еще год и я после ПТУ работал на МТМ слесарем по ремонту тракторов. Вечерами, иногда укрывшись в комнате, баловался с крапивой. Зимой, конечно мне её негде было взять и у меня было множество других развлечений. С наступлением весны я ждал Димку, но он написал, что не приедет и что уезжает в строй отряд. Об этом я узнал у его родителей.
А в июле приехал брат к моему удивлению. Его ни я ни родители даже не ждали. Вечером мы с ним пошли на озеро, так как я работал и днями не бывал дома, и он спросил у меня.
— Ты всё ещё крапивой балуешь?
— Каждый день, ответил я.
— А как работа?
— А я и на работу хожу, натолкав крапивы в плавки - пошутил я.
— Ты что серьёзно – не поверил он и я признался, что пошутил.
Я понимал, почему брат пошёл со мной на озеро, ведь дома мы были не одни, но мне хотелось, чтоб он сам сказал всё. Он долго ходил вокруг да около, и наконец, не выдержал. Мы вышли уже за деревню и нас никто не мог слышать и видеть.
— А ты кроме крапивы больше ничего не пробовал – спросил он.
— В каком смысле – не понял я.
— Ну, в том, что ты делал в последние разы – напомнил он.
— Это между головой и крайней плотью крапиву толкать – процитировал я.
— Ну, это я и имел в виду – сказал он уже облегчённым голосом. Он был противником того, что я делал и всегда порол меня крапивой, сейчас стал расспрашивать об этом. Зачем ему это – подумал
Эротические откровения