— Это первое, что тебе приходит на ум? Правда? Ты не «сожалеешь», не «любишь меня», «это был просто секс» или что-то еще из этих ужасных вещей? Как я тебя поймал и когда? Чтобы... чтобы что? Чтобы в следующий раз тебе лучше удалось выкрутиться?
— Нет! Нет, Кейс. Мне очень жаль. Мне правда жаль. И я люблю тебя. Пожалуйста. Я вдруг обнаружила, что ты знаешь, и я... Я не знаю. Пожалуйста, Кейс. Пожалуйста, поверь мне. Я люблю тебя и сожалею.
У Линды были сухие глаза, что было небольшой милостью, но теперь у нее на глазах выступили слезы, и она вытерла их салфеткой. Нет. Не плачь, мать твою!
— Не думаю, что я тебе верю. Но чтобы ты знала, после того как я прозрел, твой след было довольно легко восстановить. Так ты собираешься сказать мне, что это был всего лишь секс?
— Не надо. Ты мне не поверишь. Я облажалась. Облажалась по-крупному, но я люблю тебя. Пожалуйста. Мы можем поговорить?
Да, это было нечто большее, чем «просто секс».
— Мы говорим. Что ты хочешь сказать? Расскажи мне об этом.
— Это просто случилось.
— Матерь Божья! Неужели ты думаешь, что я настолько глуп? Ты не можешь честно сказать о самой простой вещи.
— Ты не понимаешь! Я застряла в этом!
— Это проблема. Я пони-ма-ю. — Растягиваю «понимаю». Черт. Почти каждый может вляпаться во что-то. Похоже, она считала, что ее случай сильно отличается от всех остальных. — Я все прекрасно понимаю. Черт! Ты думаешь, я не фантазировал? Думаешь, я не задумывался об этом, не поддавался искушению? Что женщины никогда не делали себя доступными для меня?
— Пожалуйста. Не надо.
— Позволь мне рассказать... Нет! Дай мне закончить. Просто послушай для разнообразия. Знаешь, как бы мне было приятно иметь кого-то новую? — Я махнул рукой, чтобы она замолчала. — Чувствовать ее, ощущать ее запах и слышать, как она кончает? Господи!
— Прекрати, Кейс!
— Ты думаешь, это не возбуждает? И это было бы еще лучше, потому что это запретно и опасно. Как, блядь, охуенно, охуенно вкусно!
— Мне жаль.
— Да, тебе жаль. Как будто от этого все пройдет. У тебя, ведь, были все эти восхитительные ощущения, не так ли? Так каков старый Харв, Линда? Какие у него звуки, когда он трахается? Какой у него одеколон? Какова его сперма?
— Нет!
— Что ты чувствуешь, когда он на тебе и внутри тебя?
— Не надо! Прекрати! Просто остановись! — Линда вытирала глаза ладонями, из носа текло.
— Почему? Ты не остановилась. Ты думаешь, я никогда не поддаюсь искушению? Что у меня нет возможностей? — Я остановился и покачал головой. — О да, именно так ты и думаешь. Конечно! Твой скучный муженек никак не мог знать, что ты пережила. Это многое говорит о твоем мышлении.
— Я так не думала!
— Конечно, думала. Ты действительно считаешь, что я не могу никого найти, или что ни одна женщина не захочет попробовать со мной. Господи! Ты не просто изменщица, ты гребаная идиотка! На сколько чертовых встреч я ездил? Ты думаешь, там никогда не бывает свободных женщин?
— Пожалуйста, Кейси. Пожалуйста. Просто остановись.
— Конечно. Черт. Но знаешь что? Я принимаю меры, чтобы этого не произошло. Вот что я делаю.
— Я не собиралась этого делать.
— Но ты это делала. Снова и снова. Не то что я. Я начал с того, что никогда не оставался с ней наедине.
Наташкины заметки. Встреча третья.