Иван понял и тут же развернувшись, сел рядом со мной убрав сой член и яйца подальше от моих зубов. Я положил руки под голову и стал наблюдать за ним, как он снова стал разминать и крутить член. Иван вдруг резко сгибает мой член снова и снова хруст и уже привычная боль, к которой я уже был почти готов, но всё равно вздрагивал немного. Он так был увлечён, что даже не смотрел в мою сторону и только когда запыхался и тяжело вздохнув, опустил руки и мой член плюхнулся мне на живот.
— Извини, увлёкся – сказал он.
— А я уже подумал, что ты его совсем отвернуть захотел – превознемогая боль, ответил я.
Мой член почти на глазах посинел и стал, не то что синим, а даже местами с тёмно-вишнёвыми пятнами. Это насторожило Ивана и он, развязав всё, что было на нём намотано, опустил его. Ни в этот день, ни на другое утро он больше не прикасался к нему и лишь только изредка перетягивал мне яйца и мы шли то в огород за огурчиками, то на озеро. А во второй половине он собрался и уехал. Я видел, что он был встревожен тем, что мой член сильно опух и выглядел удручающе. Видно его это беспокоили и он винил себя в том, что сделал.
Когда он уехал я стал делать разные примочки и спустя неделю или чуть больше опухоль стала спадать. А через месяц лишь небольшие синяки напоминали о том дне ну и кривизна моего члена, который возбуждался с трудом и выл не таким твёрдым как раньше. Одним словом на его полное восстановление у меня ушло почти три месяца.
Общение же с Иваном стало кратким и не очень откровенным. Он всё ещё считал себя виновным и не хотел об этом говорить. Я тоже особо не настаивал и отвечал только на те вопросы, которые он задавал мне.
Два года после того случая у нас с Иваном было только краткое общение по почте. Он не звонил мне и не обещал, что приедет в гости. Как то ко мне приехал мой друг детства Димка, от которого у меня не было секретов, и я с ним поделился тем, что стало с моим членом. Он заинтересовался и попросил показать. Я тут же стянул штаны и показал ему практически Г-образную форму члена с утолщением у основания и посредине.
— Ну у тебя и закорючка – выразился он.
— Прикольно смотрится – поинтересовался я.
— Да, удобно из-за угла ссать, высовываться не нужно – добавил Димка.
Мы посмеялись, и он попросил разрешения сфоткать мой кривой член. Я согласился и попросил его прислать мне потом фотки. Димка пообещал и уже через день после его отъезда эти фото были у меня, и я решил показать их Ивану. Я тут же их переслал по указанному адресу и уже вечером получил ответ. Иван спрашивал.
— Как я себя чувствую и как мой член. Функционирует нормально или нет.
Я тут же написал ему письмо, так как был немного возбуждён.
« Член функционирует нормально – правда стоит как сгорбленная старушка и ждёт когда ты его распрямишь снова.»
Возможно, такое моё оптимистическое настроение и отношение к собственному члену как то подействовало, и Иван стал в общении более откровенен снова и стал расспрашивать то, что его интересовало. Я всё подробно рассказывал ему. Так незаметно закончилась зима и наступила весна. Огородные работы полностью занимали всё свободное время, и мы стали общаться реже. Но в один день уже в конце июня я
КАК Я ТЕРЯЛА НЕВИННОСТЬ