обернулся — от взгляда синей обезьяны по спине побежали мурашки.
Это был самец, в грязной полуистлевшей тоге. Козару, как его назвала госпожа.
В стеклянной стене распахнулась дверь, и в клетку вошли два лоргата в сияющих латах. Козару безразлично глянул на них и вновь обернулся к Эрану.
— Иммэ, прошу, выключи!
Клетка исчезла.
Валтиатара уже облачилась в комбинезон, скрыв от взора и объёмную грудь, и могучие ягодицы:
— Я не угрожаю тебе, Эран. Просто это случится, если мы не будем осторожны. Моя честь, мой дем, моя жизнь — всё это под угрозой.
— Но, иммэ! А как же Танару? Она может прочесть меня, как книгу!
— Значит, пусть не читает, — Валтиатара посерьёзнела, глубокая морщина собралась на переносице, делая её жуткий шрам ещё более жутким. Она жестом открыла дверь и указала Эрану на выход, — Жду нашей следующей встречи. А пока: возвращайся в клетку, маленький раб.
Скромные радости фотоискусства