девушку как ребенка, приподняла её вверх, и, обняв, закружила на месте.
Ибн Даджаль, обернувшись, удивлённо поднял брови.
— Моя крестница! – сказала Лилит улыбаясь. – Это я её инициировала лет десять назад, когда была у них в Торжке по пустяковому делу о Седьмой Печати Апокалипсиса, помнишь? А смотри, какая чудесная ведьмочка выросла!
Ибн Даджаль одобрительно крякнул, в прищур рассматривая Стешу.
— Милое дитя, - сказал он. – Вы же вроде выпускница этого года?
Стеша кивнула. Говорить она не могла. От волнения у неё перехватило дыхание.
— Лучшая! – посмела встрянуть в разговор Екатерина. – Я ей помогаю выпускную диссертацию писать!
Но на неё уже никто не обращал внимания.
— Если возникнут проблемы с устройством на работу – обращайтесь, - просто сказал Ибн Даджаль, и кивнул на Лилит. – Через вашу крёстную. Сейчас время такое... - демон сделал неопределённый жест рукой. – Молодые кадры скоро будут весьма востребованы.
И двинулся в сторону непроходимой болотной топи. Лилит, поцеловав на прощание Стешу, и подарив ей один из своих амулетов, поспешила за ним.
Глава одиннадцатая. Заклятые подружки – пиявки унд лягушки
На следующее утро, едва только солнышко успело брызнуть своими первыми золотыми каплями в туман Маркистанских болот, к Стеше заявились Элла и Святоша.
— Ну как мы развели милфу! – торжествующе объявила Святоша, и, как ни в чем не бывало, полезла обниматься со Стешей.
Стеша в это время сидела в своём шатре, на кровати, и молчаливый Кроха расчесывал ей волосы.
— Мы... - хмыкнула она презрительно, и на обнимашки никак не ответила. – Нет никаких мы.
— Ну мы же договаривались! – искренне поддержала подругу Элла. – Ты разве забыла?
— Договаривались. Но потом, в последний момент, вы почему-то решили переметнуться к милфе. И моего Крошку едва не погубили. Я же видела, КАК вы на него набросились! На полном серьёзе собрались тащить его на костёр, и если бы не... некоторые, скажем так, обстоятельства, у вас бы всё получилось. Так что теперь война, девочки. Священная война. Холивар!
— Да ладно тебе, - играя из себя обиженку, надула губки Святоша. – Все же отлично закончилось. Вон даже милфу Азалия Нероновна простила. Оставила в пансионе на прежней должности главной экзекуторши.
— Милфа в ногах у Азалии валялась, прикинь! – явно упиваясь подробностями унижения своего бывшего кумира, добавила Элла. – Сапоги ей целовала! Прилюдно! И знаешь, о чем молила? Никогда не догадаешься!
— О чем?
— Оставить ей её раба!
— И что сказала Нероновна?
— Забирай, говорит, этого предателя, мне он не нужен! Так и сказала! Так что теперь твоему Пашке туго придётся. Милфа на нём отыграется за такое-то унижение!
— Почему это «моему»? – пожала плечами Стеша. – Какой он «мой»? Мой, как видите, при мне.
— Ну ты же Москвичу вроде как симпатизировала, - лукаво улыбнулась Элла. – Да и ускорила его вчера ты, я же сразу всё поняла, когда он сумел Кроху вытащить в последний момент. У меня из рук практически вырвал! Я аж охуела, если честно! У меня! Ты прикинь, какой шустрик оказался!
Стеша скромно улыбнулась, но не стала комментировать.
— Ну мир! – протянула ей руку Элла.
— Нет, девочки, никакого мира, и никакой дружбы с жвачкой не будет. Пока вы мне компенсацию не заплатите. А точнее дань.
Кроха тем временем закончил её прическу и предпочёл тихо уползти в сторонку.
— Дань? – уже с явным интересом, спросила Илона. – Что за дань?
— А отдайте мне своих рабов! – удобно устраиваясь на подушках, заявила Стеша.
насильницы Вика