скрытое напряжение. Александр слушал, кивая, но его глаза то и дело возвращались к ней — к её шее, к рукам, к тому, как платье обтягивает грудь, когда она выпрямлялась. Это было почти незаметно, но Алексей видел. И каждый раз, когда видел, в голове вспыхивала картинка: Александр, срывающий с неё это платье, ставящий её на колени, а она... Он мотнул головой, прогоняя видение, но жар в теле остался.
Марина закончила отвечать на вопрос про оптимизацию кода, и Александр улыбнулся шире.
— Впечатляет, — сказал он, глядя на неё. — У тебя есть хватка, Марина. Это редкость.
— Спасибо, — она чуть покраснела, опустив взгляд, и её ресницы дрогнули, отбрасывая тень на щёки. Она была рада, искренне, и не замечала, как его тон стал теплее, как взгляд задержался на её губах. Но Алексей заметил. И снова эта мысль — что, если? Что, если этот мужик, с его деньгами и властью, захочет её не только в коде проверить? Он сжал бедро под столом, пытаясь унять дрожь, но она только усилилась.
Через час Александр откинулся в кресле, хлопнув ладонями по столу.
— Решено, — сказал он, глядя на них по очереди, но дольше — на неё. — Вы приняты. Завтра в девять, первый день. Добро пожаловать.
Марина выдохнула, сжав руку Алексея под столом — её пальцы были горячими, чуть влажными от нервов. Он сжал в ответ, чувствуя, как её ногти впиваются ему в кожу, и это было почти больно, но чертовски приятно.
— Спасибо, — сказала она, улыбнувшись Александру. Её голос был мягким, благодарным, без тени флирта — она просто радовалась, как ребёнок, которому дали конфету. Но Алексей видел, как босс смотрит на эту улыбку, и в голове снова мелькнуло: он хочет её. И я, может, хочу, чтобы он это сделал.
Они вышли из переговорной, когда Александр уже ушёл, оставив их подписывать бумаги с кадровиком — сухой женщиной в строгом костюме, что пахла мятными леденцами. Коридор гудел от голосов сотрудников, стука клавиш, звона чашек в кофейной зоне. Марина прислонилась к стене, потирая шею, и платье натянулось, обрисовав её грудь — маленькую, но такую соблазнительную, что он с трудом отвёл взгляд.
— Мы сделали это, Лёш, — сказала она, глядя на него с улыбкой. — Чёрт, я думала, провалюсь.
— Ты была огонь, — он шагнул ближе, положив руку ей на талию. — И выглядишь так, что этот Александр, небось, уже фантазирует.
Она фыркнула, ткнув его в грудь.
— Не начинай, — сказала она, но в голосе мелькнула тень смущения. — Он просто босс, Лёш. Смотрит на всех так.
— Не на всех, — он наклонился к её уху, понизив голос. — На тебя. И, знаешь, мне это даже нравится.
Марина замерла, глядя на него с удивлением. Её губы приоткрылись, но она не нашла слов, только покачала головой, рассмеявшись.
— Ты чокнутый, — сказала она, отходя к лифту. — Пошли домой, фантазёр.
Он пошёл следом, но слова застряли в горле. Это была не шутка — не совсем. Мысль о том, что Александр видит в ней то же, что и он, цепляла, как крючок, и тянула куда-то в темноту. Пока это было только в голове, но он чувствовал: оно растёт.
Они спустились в холл, где шум города уже пробивался сквозь стеклянные двери. Марина достала телефон, проверяя время, и свет экрана осветил её лицо — усталое, но счастливое. Алексей смотрел на неё, стоя рядом, и думал, как странно всё складывается: утром они трахались на кухне, как звери, а теперь стоят здесь, в этом блестящем
Первая работа 6-я часть