прошедшие двадцать пять лет. Это буквально изменил жизнь человека о чём могли мы тогда в молодости, я Семён и Николай, только мечтать.
В области медицины были изобретены различные присадки, жидкие и газообразные среды, обволакивающие ткани и не позволяющие развиваться гниению, позволяющие сохранять ткани в пригодном для пересадки виде долгое время. Сергей работал с опытными хирургами и нарабатывал опыт и знания и конечно много практиковал. То, что они изучали, иногда удивляло его, но если бы это было про демонстрировано лет тридцать назад, то считалось бы чудом исцеления. А сейчас это была простая рутина удалять больные органы и менять их на другие или ставить и вшивать вместо них протез данного органа пока изъятый орган проходит курс лечения, а больной спокойно трудится и не лежит месяцами в больницах. Это так было интересно и Сергей всё внимательно изучал на практике.
Я продолжал работать хирургом интерном, а заведующий отделением, Павел, обучал меня всем нюансам этого тонкого мастерства, возвращать людей к жизни. В институте была расположена лаборатория трансплантации и большой ангар-холодильник, поделённый на секции. В летний период отпусков он практически пустовал, вернее занят был на четверть своей вместимости.
Я уже изучил и знал новые возможности современного хранения органов, и последующей их пересадки. Мне захотелось лучше понять это всё самому и попробовать на себе чтобы в будущем знать, как себя чувствую люди находясь во власти хирурга, доверив ему свою жизнь. С этим своим странным и необычным предложением я и обратился к Павлу.
— Я хочу, чтобы ты попрактиковался на мне – предложил я ему.
— Как это – удивлённо спросил Павел.
— Что мы всё на крысах да собаках пробуем, давай ты меня разделаешь, а потом соберёшь, через какое-то время.
— Ты что, а если какой сбой или узнают об этом выше? Проводить такие опыты на людях пока запрещено. А потом вдруг все испортится. Скажем, выключится электричество? - отговаривал он меня.
— Я сомневаюсь, что у кандидата медицинских наук, с таким опытом работы, могут быть сбои, а то как же ты тогда нас интернов учишь? Мне интересно попробовать! - настаивал я.
— Нет, я боюсь, это же будет членовредительство или того пуще! На людях новые разработки мы ещё не проверяли, да и опыта у меня пока нет. Давай разделаем какую-то лягушку, или мышку если тебе так хочется. – предложил Павел.
— Я согласен рискнуть и быть в этом прорыве науки первым – настаивал я.
— А если что случится, как я объясню твоё исчезновение и что скажут твои родственники потом?
— А некому будет объяснять, все умерли, и я один и даже не женат – настаивал я.
— Ты меня с ума сводишь!..
— Хочешь, сведу ещё больше?
— Как это – спросил Павел.
— Хочу разделить этот процесс и успех с тобой, ты бы согласился после того как меня раскромсаешь, сам решать, что и как потом делать? – предложил я и ждал ответ глядя в глаза Павлу, своему руководителю и наставнику.
Павел замялся и не знал, что сказать, а я продолжал настаивать, и тогда Павел стал сдаваться и выставил одно условие, так как для этого ему придётся привлекать своих коллег и это стало бы уже не нашим с ним секретом, а секретом целого коллектива.
— Если ты согласишься, то я готов на все твои условия – интриговал я Павла своими обещаниями, и он тут же позвонил своим друзьям и коллегам. После нескольких минут разговоров, он посмотрел на меня и улыбнувшись сказал.
— Они согласны.
Я взвизгнул от восторга. Мы стояли оба у окна и ждали, когда
Мои увлечения