зеркало, я впечатлился. О да, она была очень рослой особой, под метр восемьдесят. Сейчас наша разница в росте воспринималась особенно заметно. Её массивная и упругая грудь через водолазку упёрлась мне в спину, а пах прижался к ягодицам. Ощущалось это очень сексапильно. Но больше всего цеплял меня жадный взгляд Кати и её хищная улыбка.
«О боже! – подумал я, чувствуя, как по телу распространяется тепло и член мой заинтересованно оживает. – Кажется, у меня встаёт… и очень быстро».
И естественно, трансформации моего приятеля не остались незамеченными.
– Хе-хе, значит, я тебе тоже нравлюсь? – весело уточнила Катя. – Это меня очень… окрыляет. Но давай пока будем соблюдать сдержанность. А то ведь, если моё крылышко распустится, его пото́м просто так назад не свернуть.
Моё осязательное внимание моментально переместилось к нервным окончаниям на ягодицах, однако пах девушки, прижимающийся к ним, ощущался вполне плоско, по-женски, без каких-либо выпирающих аномалий.
– В общем, одевайся, – предложила Катя, – и выходи. Ты ведь не голоден?
Я отрицательно мотнул головой.
– Это хорошо. По моим предположениям, ты проголодаешься часа через четыре. Будет время поболтать и… познакомиться поближе.
– Ты сказала, что я пока неприкасаем… в интимном смысле, как я понимаю? Почему?
– Твоей душе требуется время для адаптации в новом теле, и я не хочу ей в этом мешать. Да, конечно, удовольствие друг другу мы могли бы доставить, но это получится без практической пользы, что не могут одобрить бережливость и рациональность моей души, – весело сказала Катя. – Так что я подожду пару часиков. Одевайся.
Девушка игриво шлёпнула меня по попе и выскользнула из ванной комнаты. Чёрт, мне очень нравились знаки её внимания, и член мой продолжал торчать, не желая успокаиваться. Ну… он не был прям гигантом. Сантиметров так шестнадцать, может чуть больше. Вполне нормальный для секса размер.
Стараясь поскорее отвлечься от развратных мыслей, я взял в руки одежду, которую Катя мне принесла, и осмотрел её. Это оказались однотонные бежевые шорты и футболка свободного кроя из мягкого хлопка. Надев их, я почувствовал, как комфортно меня облегает ткань, и остался доволен. Нигде не давило и не тёрло. Очень неплохо. Для домашней одежды самое то.
Катя услышала, как я закрываю дверь в ванной, и позвала меня:
– Дима, Димочка! Иди сюда, я в гостиной.
Двигаясь по коридору на её голос, я вошёл в просторную комнату с диваном, креслами, стеклянным журнальным столиком и огромным экраном телевизора на одной из стен. Сте́ны комнаты были выполнены в стиле светлых деревянных панелей. Натяжной потолок светло-бежевого цвета содержал множество светильников, которые в настоящий момент не горели по причине естественной дневной освещённости, лившейся из большого окна.
Я с любопытством глянул на улицу и увидел сплошную зелень окружавших дом деревьев. Либо город был столь богато усажен растительностью, либо сама хозяйка проживала в загородной зоне или на окраине. Катя сидела в большом мягком кожаном кресле светло-бежевого цвета, с комфортом откинувшись, даже чуть утопая в нём, и плавно покачивалась вверх-вниз. Видимо, под ней было кресло-качалка.
– Давай, приземляйся, – предложила она, указывая на кресло напротив, которое, судя по всему, являлось точно таким же, как у неё.
Меня охватило чувство дежавю. Похожее… нет, в точности такое же кресло было в доме моих родителей, и, приезжая к ним в гости, я любил так же покачиваться, как это делала Катя сейчас. Подойдя к креслу вплотную, я ощупал его и внимательно осмотрел. Нет, я не ошибся. Эти два кресла в гостиной Кати были точной копией кресла моих родителей. С ним в комплекте шёл ещё и кожаный диван. Однако вот
Пока муж в море