в Биме. Церемония была неконфессиональной и проходила в арендованном зале в Биме. Викал разложил все по тарелкам и даже помог с приготовлением пищи.
Это было веселое мероприятие, и я был рад, что мои родители смогли провести некоторое время с Викалом, Бхакти и Нефи. Кажется, все прекрасно ладят.
В какой-то момент мы остались вдвоем с отцом.
— Сынок, - сказал он, обнимая меня за плечи и уводя нас подальше от толпы, - я думаю, ты женился на прекрасной молодой женщине.
— Спасибо, папа, - ответил я.
Он помолчал с минуту.
— Ну, знаешь, с Жасмин… - начал он.
— Папа, - перебил я, - давай не будем о ней говорить.
— А теперь выслушай меня, - сказал он, - я никогда не думал, что она тебе подходит. Но какое-то время ты казался таким счастливым. И она была такой... близкой к тебе. Наверное, я подумал, что если ты, - он помолчал, подбирая нужные слова, - спишь с ней, тебе нужно жениться.
— Папа, все в порядке. – сказал я.
Он проигнорировал меня и продолжил:
— В любом случае, я приношу извинения за то, что дал тебе неправильный совет. - Сказал он, и какое-то время мы просто стояли, расслабившись, а рука отца обнимала меня за спину.
— Сынок, я, наверное, просто хотел сказать тебе, - сказал он мне, - что, по-моему, на этот раз ты выбрал то, что надо. - С этими словами он хлопнул меня по плечу и растворился в свадебной толпе, даже не оглянувшись.
Слишком скоро свадьба закончилась. Моя семья уехала, и снова началась нормальная жизнь.
Хотя сейчас все было по-другому. Мы с Реной жили вместе в небольшом доме на территории Бхакти. Это было довольно примитивно, но это не имело значения. Мы были вместе и близки с ее семьей.
В течение недели я работал по своему обычному графику, а по вечерам и выходным продолжал обучение на магистратуре. Мы проводили время с семьей Рены, а я проводил дополнительное время с семьей Эфенди, моей первой принимающей семьей.
И, конечно, мы проводили время с юной Нефи. Она действительно превращалась в красивую молодую девушку. Ее невинность и доверчивость радовали, но и я, и Рена не могли не беспокоиться о ней. Мы оба знали, что мир может быть суровым местом. Во многом это было благословением, что она была так молода, когда в ее семье произошла трагедия.
Шли месяцы, и я с удивлением осознал, что уже четвертый год нахожусь в Индонезии. Бывали моменты, когда я приходил после целого дня работы на ферме с грязными руками и ботинками и задавался вопросом, буду ли я заниматься этим всю оставшуюся жизнь?
Однажды я получил электронное письмо от Тима Кервина из Тафт о вакансии на должность преподавателя. Я закончил магистратуру, и Тим убедил меня подать заявление. В тот вечер я обсудил эту возможность с Реной.
Хотя у нее были некоторые опасения по поводу того, что она покинет свою семью, она также была рада возможности жить в Америке. Она сказала мне, что хотела бы обсудить эту возможность с Бхакти.
Через несколько дней она рассказала мне, что разговаривала с Бхакти. Верный своей доброте, он убедил ее переехать жить в Америку. По словам Рены, в глубине души она видела печаль в его глазах, когда он улыбался и уговаривал ее начать новую жизнь вдали от семьи.
Примерно через неделю я получил электронное письмо от Тима, в котором он сообщал, что я являюсь их кандидатом номер один на эту должность и что я могу завершить свои дела в Индонезии к первому августа. До этого оставалось всего четыре
Утренний туалет