Почувствовав, что она в хорошем расположении духа, я набрался смелости и сказал:
— Я же говорил тебе, что наблюдение за тобой меня возбуждает.
— Да, да, ты это говорил... — ответила она.
Говоря это, она поставила бокал на стол, а затем повернулась ко мне и надавила на мои плечи, пока я не оказался на спине. Расположившись на моей талии, она молча смотрела на меня сверху вниз, как будто готовилась к чему-то.
— Ты думаешь, это было слишком? — наконец спросила она.
— Да, конечно, — ответил я, чувствуя, что именно такого ответа она и ожидала.
Последовало еще некоторое молчание, прежде чем она сказала:
— Я чуть не собралась на исповедь... чтобы облегчить свои чувства... свою вину.
Хотя это было серьезное заявление, веселье в ее глазах дало мне ощутить, что мы все еще стоим на твердой почве, поэтому я решил подразнить ее.
— Позволь мне быть твоим духовником, — прошептал я.
Она снова затихла, а затем на ее лице появилось озорное выражение, и она сказала:
— Прости меня, отец, ибо я согрешила.
— В чем суть твоего греха, дитя мое? — ответил я.
— Я занималась сексом с двумя мужчинами, которые не были моими мужьями, и позволяла другим ласкать меня, — ответила она.
— Эти мужчины нашли в тебе дьявола и возбудили тебя? — спросил я, с трудом сдерживая смех.
— Да, все они, — сказала она, и ее голос стал тише.
— А фантазировала ли ты об этих встречах с тех пор, как они произошли? — спросил я.
— Да, — призналась она без колебаний.
— Тогда, дитя мое, твое покаяние — боготворить мужа и всегда делать то, что он говорит. Если ты сделаешь это успешно, то получишь отпущение грехов, — сумел выдавить я, прежде чем начал хихикать, как ребенок.
— Ты такой говнюк, — рассмеялась она, наклоняясь, чтобы найти мои губы.
После этого мы вскоре оказались в постели и провели следующие несколько часов, изнуряя друг друга. Позже, когда мы закончили, я уставился в потолок, размышляя о том, как обстоят дела, пока она, довольная, мурлыкала во сне. Наш разговор в сочетании с потрясающим сексом, который мы только что пережили, навели меня на мысль, что она, возможно, наконец-то встала на правильный путь. Как оказалось, мне не пришлось долго ожидать следующей порции информации, так как всего неделю спустя, когда мы обнимались перед сном, она снова вернулась к этой теме.
— Тебе действительно было интересно смотреть? — спросила она нервным шепотом.
— Да... очень, — ответил я, чувствуя, что мне нужно быть абсолютно уверенным.
— Почему? — спросила она.
— Потому что ты выглядела такой красивой и была так возбужденной. Мне понравилось видеть, как ты расслабляешься... поддаешься этому, — ответил я, используя обоснования, которые уже проросли в моей голове.
— Я ничего не могла с собой поделать! Было слишком много... ухаживаний, — ответила она.
— Я понимаю, — ответил я и притянул ее к себе. После нескольких секунд молчания я сказал: — Ты сказала своему духовнику, что фантазируешь об этом.
Сначала она не ответила, и я почти сдался, когда она прошептала:
— Иногда.
От этого короткого словесного обмена мой член затвердел, и я было подумал заняться любовью, но, не желая прекращать этот диалог, перевернул ее на спину и начал медленно ласкать ее тело. Услышав ее тихие вздохи, я спросил: — О ком ты думаешь?
Я ожидал, что ее ответом будет Фрэнк, поэтому она удивила меня, когда ответила:
— О всех о них.
Поскольку она занималась сексом только с двумя мужчинами, на мгновение я был сбит с толку, но внезапно меня осенило, что
Контакт