ноги, схватила свою дубинку и обрушила ее на голову Джона. Он упал и остался лежать. Сняв с него ботинки, она разбросала их в разные стороны в темноту. План Лин был изменен. Она заявит, что это была самооборона, когда придет время объяснять этот эпизод полиции. Стиснув зубы, Лин зашагала в сторону города.
Спустя неопределенное время Лин рискнула ненадолго включить свой телефон, чтобы проверить время и расстояние до города. Она почти закончила, когда он начал работать и переключать экраны сам по себе. В панике она поняла, что им управляют дистанционно. Только один человек мог это сделать, тот, к чьему аккаунту он был подключен. С чего бы ее мужу пытаться найти ее? - Нет, - подумала она, - полиция, должно быть, настояла, чтобы он отдал им ее телефон. Лин быстро вынула аккумулятор и снова двинулась в сторону города. В предрассветной темноте ее уши всегда были настороже, прислушиваясь к звукам приближающегося транспорта.
На ходу она строила планы. Она потерпит, когда ее ударят по рукам, а затем потребует, чтобы муж вернулся домой. Если он откажется, она использует свой секретный фонд, на который переводила свою зарплату на отдельном банковском счету, чтобы развестись с его задницей. Не работая и не торопясь устраиваться на другую работу, она потребует максимальных алиментов на ребенка, при этом на каждом шагу лишая его возможности видеться с детьми. После соответствующего количества унижений она могла бы принять его обратно, и на этот раз, если бы он стал возражать против того, чтобы она завела нового любовника, он бы точно знал, что его ждет.
Не успела она пройти и трети пути до города, как даже ее кипящая ярость не смогла заглушить боль в ногах из-за неподходящей обуви. Даже на ее мозолях появились волдыри. Но, пошатываясь, она добралась до города. Полицейский участок находился на полпути по главной улице, но табличка на двери гласила, что он пустует до 9:00 утра. Она предположила, что было около семи, поэтому села на ступеньку и стала ждать.
Она понятия не имела, сколько прошло времени, но постепенно услышала нарастающий рев. До ее перегруженного, уставшего мозга дошло, что это звук мотоциклов. Много-много мотоциклов. Вскочив на ноги, она обежала вокруг полицейского участка и спряталась в кустах. Выглянув наружу, она увидела, как пары байкеров останавливаются примерно через каждые пятьдесят метров по главной улице, выходят и осматриваются. Дверь участка открылась, и мужчина в форме с нашивками сержанта подошел к обочине и оглядел улицу. Лин вскочила и вбежала в открытую дверь. Охваченный любопытством, полицейский последовал за ней.
Сержанту было очень интересно узнать, кто она такая. Когда она рассказала ему, где был Джон и когда она видела его в последний раз, он схватил рацию и быстро отдал приказы своему патрульному подразделению. Затем он сделал еще несколько звонков, прежде чем как следует допросить Лин. Она проявила большую готовность к сотрудничеству, и вскоре у него были свидетельские показания, подтверждающие два наезда на автомобиле и нападение на фермера. В конце концов, в больницу привезли Джона без сознания. Полиция только взглянула на него и вызвала скорую помощь. Когда они прибыли и Джона подняли на носилках и погрузили в машину, байкеры приблизились к нему, но полицейский эскорт удержал их на расстоянии. Когда "скорая" и эскорт отъехали, Лин, выглянув из-за дверного проема. Она увидела, как шурин Джона бежит к своей машине, а толпа байкеров мчится к своим мотоциклам.
Все снова успокоились, и Лин закончила свои показания. Она отрицала, что знала что-либо о том, как Джон был ранен. На ее имя было
Любимая преподша физкультуры