выброс адреналина и наслаждения от проделанного. Антонина Ивановна так ничего не заподозрила. Ближе к вечеру тёща стала одеваться, и я понял, что она пошла в туалет. Я зашёл в спальню и быстро снял с себя штаны, оставшись голым и выглянул в коридор. Как только она вышла в сени, я быстро надел галоши и вышел буквально следом. Она закрывает за собой сенечные двери, а я уже за ними, с другой стороны. Она подходит к калитке, а я уже выхожу и полу присядку следую за ней. Дождавшись, когда она отойдёт от калитки в огород метров на пять до угла сарая, я выхожу следом почти за её спиной и повернув направо бегу до бани. Семь шагов, и я прячусь за старыми досками и смотрю в её сторону. Нет, она даже не слышала мои шаги и не смотрела в мою сторону. Класс, радуюсь я и слежу из-за кучи за ней. Ей ещё два три шага и у меня есть шанс вернуться пока она не смотрит в мою сторону, но я чего-то жду. Вот она вошла в туалет, и я упускаю свой шанс и сижу не высовываюсь, так как она сквозь щели в дверке туалета прекрасно видит весь огород. Со зрением у неё полный порядок. В свои годы она читает без очков. А вот если бы у неё убрать лишний вес, так килограмм сорок, то дома её не застать было бы.
Пока я об этом думал, дверка открылась, и она вышла. Постояв немного, и осмотрев огород, она медленно пошла обратно.
— Только бы не пошла в сторону бани, а то точно бы мне пришлось прятаться за ней – подумал я.
Пронесло, Антонина Ивановна прошла через калитку, и я по дорожке побежал следом. Хорошо, что я не успел высунуть голову, а взглянул только краем глаза. Она стояла возле крылечка и осматривала двор, потом окинула взглядом дровяник и стала подниматься по ступенькам. Я подошёл к кухонному окну, как только закрылась за ней дверь и стал ждать. Вот она разделась, вошла в свою комнату.
— Вот она что-то сказала, наверное, меня звала – подумал я.
Походив по двору ещё минут десять, я снова заглянул. Тёща сидела на кровати и смотрела в окно, иногда поворачиваясь и поглядывая на кухню.
— До ужина было ещё пару часов. Не уж-то уже проголодалась – подумал я. Если так, то пока она не поест, не успокоится, а того гляди сама придёт на кухню и займётся поиском еды. Тогда мне точно придётся на улице сидеть голым. Вечерело и дневное тепло постепенно угасало. Близилась ночная прохлада с озера и подул ветер что предвещало осадки, а может и вечерние заморозки. Это обычное дело в начале июня. Не успеешь высадить рассаду как бах и приморозит.
Подождав ещё немного, я снова решился и не дожидаясь самого опасного момента, пока тёща сидела в своей комнате, я мог проскочить в нашу с Ниной спальню. Сняв обувь, я прикрыл мешком голые ноги и всё что было видно и вошёл в дом. Быстро не дав понять, что это я прошёл, нет, просто прошмыгнул мимо двери комнаты тёщи и схватив лежащие на кровати штаны быстро их натянул.
— Серёжа, а ты что с мешком в спальню зашёл – спросила она.
— Домой сбегаю, кое-что принести нужно – ответил я.
— Какой мужик моей Нинке достался и готовит, и по хозяйству мастер, не то что тот прощелыга. – сыпала она комплименты в мой адрес.
Одев штаны, я вышел на кухню и стал готовить ужин. Вечер
Юля в деревне