Слушай, а я вот думаю спортом заняться. Тело уже не то становится, а хочется форму подтянуть. Только не знаю, какой зал выбрать...
Он поднял взгляд, отложил вилку.
— А что тебе нужно? Просто бегать или с железом хочешь возиться? Есть же еще групповые программы, они как раз хорошо подходят, чтобы втянуться.
Я пожала плечами, наклонила голову, будто размышляя, и сама предложила:
— Да не знаю даже, мне бы что-нибудь полегче. Как думаешь, может, вообще с парка начать? Свежий воздух, тем более, пока погода хорошая.
Максим кивнул, глаза чуть блеснули.
— Хорошая идея, мам. В парке нормально, сможешь просто побегать или размяться, а там и зал какой-нибудь подберёшь, можешь в мой начать ходить.
Пора. Я наклонилась чуть ближе, убрала прядь волос с лица и сказала с лёгким намёком:
— Слушай, а может, присоединишься ко мне? Потренируемся вместе, покажешь пару упражнений.
Он хмыкнул, улыбнулся легко, но без лишнего напора.
— Можно, конечно. Можем прямо в субботу с утра сгонять. Покажу, как правильно отжиматься или пресс качать.
— Отжиматься? Пресс? Это что, прям самые простые штуки?
Голос дрогнул, но я спрятала это за улыбкой, глядя на него через стол. Он хмыкнул, уголки губ приподнялись, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое, дразнящее.
— Ну да, самые простые, не переживай. Начнём с чего-нибудь лёгкого — с приседаний или с планки, например. Быстро втянешься, — ответил он, голос спокойный, но с лёгкой насмешкой, как будто он уже представлял меня в парке.
Планка, приседания... его руки на мне. Я сглотнула, представляя, как он стоит сзади, поправляет меня, пальцы касаются талии.
— А у меня точно получится? — спросила я, наклонив голову, будто сомневаясь, но внутри всё дрожало от предвкушения. — Я же не спортсменка, как ты.
Он улыбнулся шире, легко, но в его тоне было что-то уверенное, почти обещающее.
— Получится, куда ты денешься. Если что, помогу — подскажу, как делать, подправлю, чтоб всё ровно было, — сказал он, чуть наклоняясь вперёд, и я уловила намёк в его "подправлю", как будто он уже видел, как кладёт руки мне на бёдра.
Он поможет, подправит... Горячая волна пробежала по телу, я опустила взгляд в тарелку, подцепила кусочек курицы, но еда уже не лезла — мысли были о нём и о субботе.
— Ну, если подскажешь, то я, конечно, не против, — сказала я с лёгким смешком, подняв глаза. — Главное, чтобы ты там меня не уронил случайно.
Он усмехнулся, отпивая воды, и ответил, чуть понизив голос:
— Не уроню, мам. Держать буду крепко, не бойся. Даже если споткнёшься, поймаю.
Крепко... поймает... Эти слова повисли между нами — тонкие, как дымка. Я улыбнулась, чувствуя, как под его взглядом мурашки пробегают по спине, и сказала, будто в шутку:
— Ладно, поверю тебе на слово. Но если что, с тебя поддержка, а с меня... ну, посмотрим, чем отплачу.
— Договорились, — кивнул он, и в его улыбке мелькнуло что-то игривое.
Он хочет этого так же, как и я. Ужин продолжался, мы болтали о мелочах, но воздух между нами стал гуще — каждый взгляд, каждое слово теперь дышало субботой, парком, его руками на мне. Я доела картошку, чувствуя, как предвкушение растёт, и знала: это будет больше, чем просто тренировка.
Я кивнула, пряча довольную улыбку, и вернулась к еде. Вместе в парке... он будет рядом, будет смотреть. Кожа снова заколола от предвкушения, но я оставила это при себе, доедая ужин в приятной тишине.
Рабочая неделя тянулась бесконечно, дни тонули в рабочих письмах и в новых рекламных запусках. Чат "Лены" с Максимом уже несколько дней молчал — я не писала, утопая
Летний лагерь. День первый