покоиться снаружи. Теперь местные жители поклоняются ему как богу, говоря, что его труды приведут их к спасению; а я учу их науке. Так что всё идёт нормально.
—Так почему же Волт-Тек построила убежища в качестве экспериментов? — спросил я.— В чём смысл?
—Ну, из того, что мне удалось выяснить в Убежище 18, Анклав контролировал программу Волт-Тек, — ответила голограмма доктора Россмана. — Было построено несколько десятков убежищ, которые работали по назначению, и сотни других предназначались для проведения различных странных экспериментов над людьми. Убежище 69 было построено для содержания 999 женщин и одного мужчины. Убежище 68 — наоборот. В Убежище 10 не было ничего, кроме супержирной гиперпищи, а в Убежище 42 было освещение мощностью не более 40 Вт. Как вы можете себе представить, в каждом убежище было бесчисленное множество людей. Каждый был таким же странным, как и предыдущий. Но почему? Честно говоря, я не могу вам сказать. Моя единственная теория заключается в том, что некоторые были разработаны для проверки долгосрочных космических путешествий. Возможно, Анклав планировал уничтожить Землю и использовать ГЭКК для строительства новой на Марсе. Но другие... я думаю, что это просто плод извращённого ума. Даже Убежище 18 не было исключением. Мы были разработаны как контрольное убежище. На поверхности. Пока вы не увидите все сотни кабелей, разбросанных повсюду. Настоящий эксперимент заключался в проверке реакции контрольного убежища, которое обнаружило, что все остальные были психотическими экспериментами. Они хотели посмотреть, как мы отреагируем, узнав, что так много других людей стали частью этой больной игры... и нажмем ли мы на кнопку самоуничтожение. Но мы прервали это на ранней стадии. Думаю, теперь это не имеет значения. Кроме вас и меня, никто никогда не узнает.
—Ладно, мужик, увидимся, — решил я закончить этот разговор.
—Ладно, это звучит хорошо. И, эй, скажи племенам, что они могут прийти ко мне в гости в любое время. Игра в учёного — это, пожалуй, моё единственное занятие, поэтому приятно учить местных жителей вещам, о которых они и не мечтали. Звезды далеки, а клеток в ваших руках больше, чем песчинок на пляже. Можете ли вы представить, что узнали это впервые? Поскольку я мёртв, приятно знать, что свет знаний всё ещё может светить миру... Даже здесь, внизу, в темноте. Удачи тебе, пацан! — попрощалась со мной голограмма доктора Россмана.
—Блин! — выругалась Джейми. — Неужели это правда?
—Что именно? — спросил я.
—Что Анклав ещё 200 лет назад задумал такие жестокие эксперименты, — пояснила Джейми.
—Похоже, что да, —ответил я.—Только тогда это было американское правительство, избранное народом Америки.
—Но в чём смысл? — спросила Джейми. — Зачем сажать людей на супержирную пищу или урезать мощность лампочек?
—Как ты не понимаешь? — вмешалась Дженн. — Посмотреть на реакцию тела и сознания на такие условия. Смогут ли люди с этим справиться или нет.
—И интересно, смогли ли? — поинтересовалась Кэрри Варгас.
—Кто знает, — ответил я.— Ладно, давайте пойдём в Ксиабулу и там заночуем. А завтра назад в Юнион-Сити.
—Погодите, — сказала Джейми. — Народ, а что вы думаете, если мы поселимся здесь? Я не думаю, что нас отсюда выгонит племя или Сильверман с армией НКР. Мы здесь можем охотиться на гекконов или другую живность.
—Джейми, ты видела, какая здесь планировка? — спросила Дженн. — Здесь только 3 спальных места, из них пара на двухъярусной кровати. А санузел только здесь. Как мы это поделим?
—Ну, Курц может пойти в Ксиабулу, — предложила Джейми.
—Не могу, — ответил Бен Курц. — Я должен помогать Майклу остановить короля демонов. Только после этого я могу
Весёлая практика