красивом магическом поединке. Доротея лишь удивлённо подняла брови, но никак не выказала своего неудовольствия. Оценив диспозицию, она молча, небрежным кивком признала своё поражение и снова отвлеклась от драки, шепнув несколько слов докучавшей ей ученице. Такое демонстративно небрежное отношение к своему невольнику, который из бесспорного победителя моментально превратился в аутсайдера, да к тому же потерял единственный глаз и теперь мучительно, на ощупь, искал его в песке, явно не понравился тёмной части ведьминского сообщества. По рядам зрительниц прошелестело глухое недоумение действиями столь уважаемой преподавательницы. Азалия Нероновна подняла руку, чтобы ударить в гонг и теперь медлила, давая своей приятельнице как-то исправить ситуацию. Доротея небрежно махнула рукой. Стремяга тем временем подошёл сзади к копошащемуся в песке противнику, развёл руками, а затем молча показал большим пальцем правой жест демонстративного перерезания горла. От уха до уха. И все вновь замерли, выжидательно глядя на Стешу и её группу поддержки.
Теперь от них зависел вердикт. Жить или умереть побеждённому гладиатору.
А Стеша так и не проронила ни слова. Она продолжала стоять, спокойно сложив руки на груди (и закрывшись тем самым от любого колдовского выпада в свою сторону) и улыбалась. Небрежно так улыбалась, немного надменно, но в целом не злобно и совсем не мстительно. Хотя могла бы решить судьбу врага тем же простым жестом кровожадных патрициев древности – пальчиком вниз. И Стремяга с большим удовольствием выполнил бы этот приказ.
Прошла целая минута – долгая, мучительная вечность для поверженного командора, прежде чем директриса, так и не дождавшись вердикта предводительницы светлых, ударила в гонг, тем самым подарив ему жизнь.
Жаркие и явно сладострастные аплодисменты озарили поляну. Молодые, разгорячённые поединком двух голых мужчин ведьмочки, радостно приветствовали первого бесспорного победителя. И Москвич заметил, какими похотливыми глазками проводили они его до места у ног Эллы. И как та тоже сверкнула взглядом в ответ, некоторым – персонально.
Чтобы хоть немного понизить градус разгорячённости и всеобщего, слегка нездорового ажиотажа, дамам раздали всеми здесь обожаемый, и довольно коварный напиток – охлажденный сок маракуйи.
Поначалу эту вкуснятина разливалась блаженным холодком по внутренним органам, принося успокоение и даже как будто бы умиротворение. Но спустя некоторое время этот чудесный сок вспыхивал жгучей страстью, начинал клокотать под сердцем, воспламеняя кровь и требуя немедленной дикой оргии. Или жестокой схватки с врагом. Или... и того, и другого!
Москвич уже знал о чудодейственных свойствах этого сока, и потому перед своим выходом на арену, хватанул холодненького явно через край. Столько, сколь смог влить в себя не переводя дыхания. Потому как знал, что противник ему уготован самый ненавистный и чрезвычайно мощный – Змей. Замкомандира отряда спецназа. Боец и наставник молодёжи.
К тому же сейчас, как назло за несколько минут до поединка, Павел ощутил у себя в голове какую-то подозрительную звонкую пустоту. Как будто все мысли из неё вытряхнули, а новых туда не насыпали. Да и магическое ускорение, так чудесно спасавшее его во время предыдущих схваток, постепенно сошло на нет. Развеялось, оставив после себя вялость и апатию.
Мне определённо пипец, - подтвердил он вынесенный ранее самому себе печальный диагноз, и с такими невесёлыми ощущениями вышел в центр ристалища.
Вышел уже голым. Теперь по новым правилам, гладиаторы должны сражаться неглиже, чтобы зрительницам приятнее было за ними наблюдать. Он ждал Змея и тут увидел, как поднялась со своего места Пульхерия и заявила, что просит директрису о замене соперника для Павла.
— На кого? – удивилась мадам Азалия.
— На моего Андрея, - неподражаемо хлопая ресничками, ответила некромантка.
— На каком основании?
— Мне показалось, что Москвичу не помогает ни одна из присутствующих здесь
Мой отдых