— Порвём? – тихо, почти не разжимая губ, спросил Костя.
— А куда ж мы денемся? – в тон ему ответил Кроха.
— А мы не обламываем парняге путь на волю? – решил всё же поделиться некоторыми сомнениями, Павел. – Как оно там по понятиям выглядит?
— По понятиям он нам никто, и звать его никак, - разъяснил саму суть Стремяга. – Автоматная рожа. И мы ему ничем не обязаны. Решил на нас заработать себе очки? Вот по очкам и получит. Сначала насуём в панамку, а потом доведём до него словесно, как оно должно быть.
— Консенсус, - согласился Кроха и протянул Косте руку ладонью вверх. По которой тот дружески и хлопнул.
И в тот же миг прозвучал одиночный, но и самый громкий удар гонга. Андрей рванул в свою, пожалуй, самую неудачную атаку в этот день. Парни поднялись ему навстречу молниеносно и дружно встретили бывшего самого молодого спецназовца как умели – простыми, но хорошо отработанными приёмами тюремной драки, когда приходилось спасать свою жизнь и честь в условиях тесных камер и узких, глухих коридоров. Вот только теперь у двоих из них в венах ревела и рвалась наружу бешеной лавой их собственная, заговорённая кровь, удесятеряя силы обычного человека. Но Андрей ничего этого, конечно же, не знал. И потому был обречён.
Впрочем, бывшие зэки с малолетки и тут поступили по совести. Как они выразились «по понятиям». Они не стали бить Андрея все скопом. Они дрались с ним поодиночке, но быстро сменяя друг друга. Экономя свои силы (которых у них было, в общем-то, в избытке), и изматывая противника, которому, как раз-то и не хватало хотя бы короткой передышки.
Это было жестоко, но эффектно, и потому ведьминская публика снова зашлась в предоргазмическом восторге. Забыв своё же недавнее восхищение боевой эрекцией Андрея-победителя. Теперь те же самые тёмные волшебницы рукоплескали его избиению. И всякий раз спешили опустить свои пальчики вниз, торжествуя по поводу его очередного падения в соленый от крови и пота песок.
Но всякий раз Андрей поднимался, и снова шёл в свою очередную атаку, как в последнюю. Так бы и продолжалось дальше, пока кто-нибудь из парней не покалечил бы его невзначай, если бы этот поединок внезапно не закончился бы... по воле Стихии!
В какой-то момент вечернее небо над поляной с грохотом разломилось пополам, берег океана озарился нестерпимым всполохом близкой молнии, и на всю честную компанию обрушился гигантским водопадом самый настоящий тропический ливень. Мгновенно погасли залитые водой светильники, ведьмы и ведьмочки с восторженным визгом и смехом разбежались в разные стороны, продираясь сквозь вмиг намокшие и потемневшие заросли поближе к дому, а оставшиеся под потоками воды гладиаторы, просто рухнули вповалку, подставляя под тёплые струи свои распухшие и кровоточащие лица, радостно смеясь.
Всё закончилось. Вот он, блаженный миг, когда, наконец, можно разжать кулаки и умыться чистой дождевой водицей! Придя в себя и немного передохнув, парни побрели купаться в ночные волны океана, а после долго сидели на берегу, слушая шелест прибоя и яростный концерт ополоумевших после дождя цикад.
— Я так понимаю, что никакой свободы мне в ближайшее время не светит... - робко начал разговор с самой волнительной для него темы Андрей.
Все усмехнулись, но комментировать его наивность не стали.
— Правильно понимаешь, - устало сказал Стремяга. – Тебе светит, скорее всего, хорошая трёпка. И в самое ближайшее время, тут ты угадал.
Кто-то из парней, кажется Славик, горько усмехнулся.
— Пульхерия... Она как? Девушка вменяемая или мама не горюй?
Дядя Витя