Они переместились на кровать, и теперь уже Максим ощущал, как его переворачивают, прижимают к шелковым простыням. Слава не торопился — пальцы, смазка, мучительно медленная подготовка…
— Дыши, — прошептал он, и первый толчок проникновения заставил Максима выгнуться.
Боль? Нет — непривычное давление, растяжение, а затем… волна. Медленные, глубокие движения, с каждым разом находящие нужный угол. Максим стиснул зубы, но тело уже отвечало само, бедра непроизвольно подстраивались под ритм.
— Видишь? Ты создан для этого, — Слава наклонился, его голос обжигал шею.
Их тела слились в едином порыве, музыка заглушала стоны, а мир за пределами этой комнаты перестал существовать.
Слава бурно кончил в Максима, и казалось, горячей спермы было настолько много, что она заполнила не только его тело, но и сознание — густая, живая, проникающая в самые потаенные уголки. Когда Слава вышел, Максим невольно сжался, ощущая, как тепло растекается внутри, как будто метит его изнутри.
— Чувствуешь? — Слава провел пальцем по его дрожащему бедру. — Теперь это часть тебя.
И Максим действительно чувствовал. Не просто физическую полноту — что-то глубже. Как будто та сперма несла в себе не только удовольствие, но и странный вирус, перепрограммирующий его желания. Он сжал кулаки в простынях, вдруг осознав жгучую истину: *ему нужно больше...*
— Я… — голос сорвался. Стыд боролся с откровенным голодом внизу живота.
Слава улыбнулся — нежно, почти по-матерински, при этом его глаза горели триумфом.
— Не бойся. Ты просто наконец-то понял, кто ты на самом деле. А в следующий раз я познакомлю тебя с моим другом.
Утром Максим проснулся с дикой головной болью и смутными воспоминаниями. Рядом, под одним с ним одеялом, спал Слава.
*«Что я наделал?»*
Он осторожно встал, надел джинсы и уже взялся за ручку двери, когда услышал сзади:
— Ты сбегаешь?
Максим обернулся. Слава смотрел на него без укора, но с лёгкой грустью.
— Я… не знаю, что это было, — честно сказал Максим.
— Я знаю, — Слава сел на кровати. — Ты наконец-то перестал себя обманывать.
Максим молчал.
— Ладно, иди. Но хотя бы не пропадай, хорошо? — Слава улыбнулся, но в глазах читалось напряжение.
Максим кивнул и вышел.
На улице моросил дождь. Он шёл, не разбирая дороги, и думал об одном:
*Кто я теперь?*
Но ответа не было. Но что то должно еще случиться, Максим это ощущал всем своим телом.
****
Максим стоял под дождем, нервно сжимая зонт. Последние две недели он избегал Славу, но тот продолжал преследовать его — легкие прикосновения в коридоре, многозначительные взгляды через офис, сообщения, которые заставляли сердце биться чаще.
*«Просто зайди на один бокал. Никто не будет кроме нас»*
Он должен был сказать «нет». Но ноги сами понесли его к знакомой двери.
Дверь открылась прежде, чем он успел постучать.
— Я начала волноваться, что ты передумал, — прошептал... нет, *прошептала* Слава.
Максим замер.
Длинные каштановые волосы падали мягкими волнами на плечи. Легкий шелковый халат подчеркивал изгибы тела — узкую талию, округлые бедра, и...
Небольшая, но уже явная, с мягкими очертаниями под тонкой тканью. Гормоны сделали свое дело.
— Нравится? — Слава улыбнулась, слегка приоткрыв халат. — Все натуральное. Никаких силиконов.
Максим не знал, куда смотреть.
— Ты...
— Шшш, — теплые пальцы коснулись его губ. — Просто зайди.
Виски, как и в прошлый раз, был лишь формальностью. Максим пил, чувствуя, как алкоголь растекается теплом по телу, но трезвел от каждого прикосновения Славы.
— Ты все думаешь об этом, — она скользнула рукой по его бедру. — О том, каково это — быть *девушкой*.
— Я не...
— Врешь.
Ее губы коснулись его уха, а рука уже расстегивала ремень.
Вертикальное падение -2