и я почувствовал знакомое возбуждение. Но я просто сидел и ждал. Слушал собственное дыхание.
Раздался звонок телефона. Я проверил сообщение, покачал головой и усмехнулся.
— Ну что ж, сучка, — запустил я своё приложение для макросов, — я же давал тебе шанс.
Я активировал скрипт.
Мгновение спустя раздался вопль.
Быстрые шаги, дверь распахнулась с грохотом.
— Что ты, мелкий ублюдок, себе позволяешь?!
Я спокойно повернулся к Шэрон с безмятежной улыбкой.
Но это была уже не та Шэрон.
Её роскошные локоны сменились на два хвостика. Грудь, покорившая трёх богатых мужей, уменьшилась до скромного размера B (хоть и упругого). Бёдра стали тоньше, руки и ноги — как у подростка. Попа сохранила форму, но теперь была компактнее. А лицо...
С парой мелких улучшений (ну не мог я удержаться) оно было точь-в-точь как на её школьном выпускном фото.
— А-а, — равнодушно протянул я, осматривая её. — Кажется, ты нарушила нашу договорённость.
— О чём ты, блядь, вообще?! — она вцепилась в блузку, которая теперь болталась на ней. — Немедленно верни всё как было!
Я цокнул языком.
— Но дело не в том, что я сделал, а в том, что сделала ты. Как только ты окончательно провалила сделку, процесс омоложения запустился сам.
— Омоложения? — она фыркнула. — Ты просто украл мои сиськи!
— Ты опять невнимательна, Шэрон, — я указал на зеркало. — Я ничего не «крал». Я просто откатил тебя назад, в одиннадцатый класс, до того, как ты накопила на силикон.
Шэрон оскалилась, но не смогла оторвать взгляд от зеркала. Она ощупала себя, повертелась, разглядывая свою новую фигуру.
— ОБОЖЕЧКИ-И-И! — она схватилась за лицо. — Я... я...
Она не могла говорить, просто таращилась на своё отражение. По её лицу пробегали эмоции, как в кукольном театре. Я не выдержал и рассмеялся.
Шэрон резко развернулась ко мне.
— Чему ты ржёшь, уёбок?!
— Просто подумал, как сильно ты теперь похожа на Шантель, — ухмыльнулся я. — Можешь даже пойти с ней на пару в колледж. Хотя на вечеринках тебя, возможно, будут проверять на возраст. И теперь у неё грудь больше. Тебе придётся копить на новую.
Она сделала шаг ко мне, глаза сверкали яростью.
— Ты... ты... ВЕРНИ КАК БЫЛО, СУКА!
— Эй, без истерик, — поднял я руки. — Ты не настолько маленькая. Может, стоило подумать, прежде чем меня предавать?
Её дыхание участилось. Она шагнула ближе, рука сжалась в когтистую лапу.
— Я... Я УБЬЮ ТЕБЯ!
Я вздохнул.
— Серьёзно? Это твой выход? — почесал затылок. — Боже, ты и в юности, наверное, кошмарила свою мать.
Я наклонился вперёд и начал загибать пальцы:
— Во-первых, это не решит проблему. Ты останешься подростком-мутантом. Даже если скроешь моё убийство, никто не поверит, что ты — это ты. Можешь даже познакомиться с комиссией по делам несовершеннолетних.
Я склонил голову:
— И вообще, разве это худшее, что могло случиться? Я мог сделать тебя фиолетовой. Или покрыть прыщами. Или переставить голову задом наперёд. Или сменить пол. Или нарастить тебе задницу размером с Prius.
С каждым словом Шэрон бледнела.
— Во-вторых... — я встал и шагнул к ней, возвышаясь над её хрупкой фигурой. — Ты — 50-килограммовая девчонка, которая даже не представляет, с какой стороны держать пистолет. Ты дрожишь при виде оружия. Даже если найдёшь ствол, скорее выстрелишь себе в ногу.
Она отступила, глаза расширились.
— Не смей угрожать мне!
Я устало поднял глаза к потолку.
— Боже, как же ты меня достала. Это ты только что грозилась убить меня. Я лишь объяснил, почему это плохая идея. И не спрашивай, что значит «плохая» — для этого есть словари.
Плащ