— Расскажи, что случилось, — взмолилась Эмили, обрабатывая синяк под глазом Кайлы и её ушибы.
— Грегори казался таким милым парнем, — сказала Кайла. — Но потом он напился и впал в ярость, когда узнал, что я забыла оплатить счёт за электричество. Я пыталась объяснить, что была в отъезде, когда пришёл счёт, но он не принял этот аргумент. Он сам мог бы оплатить счёт.
— Лучше ты узнала об этом сейчас, чем после свадьбы, — сказала Эмили.
Свадебные планы Кайлы рухнули. Бедная Кайла, кажется, просто не могла удержать мужчину.
Эмили пригласила Кайлу остаться в нашем доме, пока она не стабилизирует свою личную жизнь.
Из-за утренней тошноты Эмили наша сексуальная жизнь была сильно ограничена — её просто не интересовал секс, когда её тошнило. Кайла пожалела Эмили, помогая с готовкой, стиркой и другими делами по дому.
Однажды вечером, когда у Эмили был очередной приступ тошноты, она сказала:
— Я не хочу быть мокрым одеялом, когда вы оба возбуждены. Вы двое занимайтесь сексом — я просто посмотрю.
Кажется, это был единственный раз после колледжа, когда мы с Кайлой занимались сексом один на один. Я полизал её киску и так сильно её возбудил, что, когда я её трахал, она брызнула во время оргазма. Она сказала, что это был первый раз, когда она брызнула.
— --
Примерно на третьем месяце беременности утренние тошноты Эмили прошли. Когда они исчезли, её желание секса стало выше, чем когда-либо. Мы вернулись к нашим старым колледжным привычкам спать и заниматься сексом втроём. Было ощущение, что мы и не расставались, и я полностью наслаждался сексом с обеими девушками.
Беременность Эмили начала проявляться в феврале. Она решила, что хочет естественные роды. Эмили постоянно была голодна, и что-то в её беременности делало её возбуждённой, даже после того, как я только что вытрахал из неё всё живое.
С каждым месяцем весны её живот продолжал расти, а груди набухали. В середине апреля Эмили сказала, что чувствует, как ребёнок пинается внутри неё. Она положила мою руку на свой живот, и я тоже почувствовал толчки маленькой ножки по ту сторону стенки её живота.
В последние два месяца беременности живот Эмили раздулся до такой степени, что она выглядела как большой пляжный мяч с головой, руками и ногами. Как и предсказывала её бабушка, во время беременности груди Эмили выросли с маленького размера B до D.
Эмили ушла в декретный отпуск на восьмом месяце беременности. Вместо ходьбы она в основном переваливалась, её большой живот вёл её вперёд.
К концу беременности живот Эмили раздулся так, что секс с ней стал невозможен. Ей было слишком неудобно в любой позе. Наконец она сказала:
— Почему бы тебе и Кайле не заняться сексом, а мне просто отдохнуть?
— Если тебя это устраивает, — ответил я.
— Пока я не рожу, я не смогу удовлетворять тебя, как раньше, так что давай, сделай Кайлу счастливой, — сказала Эмили.
С благословения Эмили я воспользовался возможностью вытрахать из Кайлы всё живое, даря ей оргазм за оргазмом с брызгами. Кажется, мы с Кайлой занимались сексом как минимум дважды в день.
Ранним утром Эмили сказала, что у неё отошли воды, и пора ехать в больницу.
Я поспешил доставить Эмили в больницу, где её быстро отвели в родильную палату и подготовили к родам. Медсестра, пришедшая с бритвой, чтобы побрить киску Эмили, взглянула под простыню и сказала:
Московский метрополитен хранит множество тайн