и тут же подавил в себе это горькое воспоминание. Он уже научился управлять непрошенными мыслями и эмоциями.
— Да, повелительница, - ответил он просто. – Я лично сделаю всё возможное, чтобы больше смертей не случилось...
И опять с досадой прикусил язык.
— Вот и хорошо, значит, договорились? – некромантка остановила его шаг, потянув за волосы, словно за узду. – Стой.
Она спешилась, внимательно к чему-то приглядываясь и, кажется даже, принюхиваясь, прошлась вдоль обочины дороги. Словно бы вычитывая чьи-то следы.
— Да, это здесь, - сказала она негромко, словно бы подтверждая какие-то свои предположения. – Точно здесь.
И тут же снова легко и свободно запрыгнула Москвичу на шею, словно панночка на Хому Брута. Она схватила его голову за уши и повернула в сторону непролазного болота.
— Прямо, - коротко приказала Пульхерия.
Москвич решил, что если ему суждено сейчас утопнуть, то сделает он это вместе с некроманткой, и всем в пансионе будет хорошо.
— Не бойся, - тоном ласковой дрессировщицы, успокоила его ведьма. – Это кратчайший путь до нашего с тобой места. И тропинка здесь отменная...
То что тропинка и правда была отменной, Павел убедился довольно быстро. Воды и привычной болотной жижи здесь практически не было, ну если только в некоторых местах, и то едва ли по щиколотку. Зато почва под ногами колыхалась и пружинила, словно он шёл по поверхности огромного батута. С такой ценной ношей на загривке, Москвич снова чувствовал себя сапёром как тогда, в столовой, вытаскивая зубами из-под её сапога серебряную ложечку. Не дай Бог уронить такую секс-бомбу и всё – капец всей его карьере!
Но не уронил ни разу. А Пульхерия ещё и подгоняла его время от времени, впечатывая пятки ему под рёбра. Чувствительно так впечатывая, по-взрослому. Больно. Отчего он сбивался с дыхания, но всё ускорялся и ускорялся, сам удивляясь внезапно открывавшимся то второму, то третьему дыханиям.
Когда совсем стемнело, они набрели на островок. Москвич почувствовал, как его спина стала совершенно мокрой – пот прошиб его вдоль хребта и взмокли даже волосы на голове. Внезапно, и отнюдь не от усталости. Уж больно жутким показалось ему на этот раз знакомое место. Совсем крошечный остров, резко выделявшийся на фоне привычного болотного пейзажа своими высокими обрывами и густой еловой порослью, впрочем, совсем засохшей.
Они нашли полянку у входа в тёмный лаз берлоги. Тут некромантка разрешила Павлу немного передохнуть, а сама обошла островок по самому краю, словно что-то искала в густых камышовых зарослях. Неслышно подошла сзади, положила руки ему на плечи.
— Ну, вот и всё, - сказала она просто. – Вот ты и попался.
Павел сглотнул, глядя на ТО САМОЕ место, где совсем недавно, всего несколько дней назад лежало мёртвое тело Андрея.
— Что будешь делать? – спросила Пульхерия.
— Всё, что прикажете, - ответил он, как будто она могла ожидать какого-то иного ответа.
— Прикажу-уу... - растягивая это слово и как будто играя с ним, промолвила задумчиво ведьма. – Много чего прикажу... И всё будешь выполнять беспрекословно. Потому что теперь ты – мой раб. Мой!
Она особо подчеркнула это слово.
— Тебе нравится быть моим рабом?
— Да, темнейшая, - решил расставить акценты в их новых отношениях Павел. Сам понимая, что в последнее время он что-то стал хамить не по-детски всем подряд. Ох, и плохо это для него закончится – чуяло его сердце. Но остановиться уже не мог. «Это потому что тебя мало били» - сказал он сам себе мысленно. И тут же сам с собой согласился. Тоже мысленно.
— Тогда раздевайся, - приказала она.
— Э... простите? – тупо переспросил он, ожидая чего
Мне ужасно нравится подчиняться