улыбнулась ему, её сексуальный рот изогнулся в той же сбивающей с толку, шаловливо-доброй улыбке.
Роксана внезапно стянула «мальчишеские трусики» Майки до щиколоток и рассмеялась, когда его член подпрыгнул и ударил её по лицу. Она схватила его одной рукой и начала нежно ласкать, используя только большой и указательный пальцы. Майка застонал и забеспокоился, что он сейчас кончит, но он прикусил губу и сдержался. Его маленькие яички болезненно набухли, голова закружилась, а сперма, кипящая в его теле, казалось, поднималась в голову, а не выходила из члена.
«Эй! Не сдерживайся», — отругала Роксана, слегка шлёпнув своего девственного кузена по заднице. — «Ты можешь причинить себе боль. Давай, выпусти это».
Майка почувствовал, как его мозг превращается в горячую кашу, и даже несмотря на то, что была середина ночи, небо внезапно взорвалось калейдоскопическими цветами. Его член дёргался, как палка динамита, а колени дрожали, когда он начал кончать. Он смотрел вниз с открытым ртом, уверенный, что сейчас извергнется на красивое, шаловливое лицо своей кузины, но Роксана усмехнулась и направила его член вверх.
Первый заряд Майки попал ему в живот, а следующий был настолько высоким, что ударил его по подбородку. Третий упал на руку Роксаны, а после этого она потянула его ближе и направила его стреляющий член за край лодки, и остальная часть его оргазма оплодотворила океан.
Майка кончал так сильно, что не слышал собственных стонов интенсивного облегчения, а умопомрачительная пустота, которую оставило сперма, заставила его почувствовать себя одурманенным, глупым и близким к обмороку.
Майка упал в объятия Роксаны, и она позволила его члену оставить скользкий след спермы по её груди и животу, пока он соскальзывал на пол.
«Хаха. Ты в порядке, малыш?» — рассмеялась Роксана, поглаживая Майку по голове, как щенка. — «Может, ты и не такой большой, как твой брат, но в этих маленьких яйцах столько же спермы».
Майка не ответил. Его задыхающееся лицо было в нескольких дюймах от горячей киски Роксаны, и её запах вызывал у него слюноотделение. Майка никогда раньше не ел киску (он никогда даже не видел настоящую так близко), но он вдруг почувствовал необходимость съесть вагину Роксаны, как пончик с желе. Он нырнул, теребя подбородком её пухлые губы и засовывая язык глубоко в её горячие складки.
«Эй! Подожди! Что ты… вау… ВАУ… СВЯТОЕ ДЕРЬМО! Ми-Ми-Ми-МАЙКА!!» — задыхалась Роксана, сначала пытаясь оттолкнуть своего маленького кузена от своей киски, но его язык посылал электрические разряды по её телу, заставляя её руки дрожать. Оргазмическое удовольствие было настолько внезапным и неожиданным, что её чуть не испугало. Она не могла поверить, что такой милый красавчик, как Майка, может быть так хорош в поедании киски… но он был… и прежде чем Роксана могла поверить в это, она кончала, теряя разум.
«Принимай, шлюшка!» — засмеялся Макс, вгоняя свой член, сокрушающий мечты, в киску Драгоценность так сильно, что она заплакала. Он держал чуть более шлюхастую из сестёр Стоун, согнув её над футоном, на котором всё ещё лежала без сознания Биби, и ебал Драгоценность жёстче, чем любой парень до этого, а это о многом говорило. Драгоценность специально встречалась с футболистами, борцами и тяжелоатлетами. Ей нравилось жёстко. Ей нравилось грубо. Ей нравилось глубоко. Но Макс давал ей ещё жёстче, грубее и глубже, чем она думала, что сможет выдержать, и она бессвязно умоляла Самоцвет о помощи, пока Макс вытрахивал её до потери рассудка.
Однако Самоцвет не собиралась помогать Драгоценность — Макс уже закончил с ней. Он ебал её на полу, и там же оставил. Он сделал это в довольно скучной миссионерской позе, но
Тусклая луна