колеи оргазмом, что находилась на грани сознания, слабо дёргаясь, и Самоцвет пыталась привести её в чувство нежными поцелуями.
Макс оттолкнул Самоцвет в сторону, а затем прижал свой твёрдый член к ошеломлённому лицу Роксаны, прижимая его к её щеке, пока он не соскользнул в её рот, и он насильно засунул его ей в горло. Он схватил Роксану за голову и начал трахать её рот, пока его яйца не шлёпались о её подбородок, и звук глюк глюк глюк доносился из её переполненного пищевода. Самоцвет волновалась, что Макс был немного слишком груб с кузиной, но она была слишком возбуждена, чтобы остановить его, и просто подползла под Роксану, чтобы лизать яйца Макса.
«Мой сын Макс, трахающий рот своей собственной кузины. Почему я не удивлена?»
Макс посмотрел на дверь и увидел свою мать Холли, стоящую там, полностью голую, её большие груди блестели от эротического пота и спермы. Его младший брат Майка и его кузина Биби были с ней, оба тоже голые, и оба смотрели робко. Биби выглядела испуганной при виде своей старшей сестры, задыхающейся от члена Макса, а Майка выглядел грустным и ревнивым. Макс знал, что Майка сильно влюблён в Роксану, но он влюблялся во многих девушек, которых Макс неизбежно трахал до потери сознания. Макс никогда не трахал этих девушек, чтобы намеренно причинить боль брату (за исключением, может быть, одного раза), это было просто дело случая, что любая киска, которая слишком долго находилась рядом с Максом, неизбежно была бы раздавлена им. Роксана не исключение.
Макс вытащил свой большой член изо рта Роксаны с громким чпоком, оставив около дюжины толстых нитей слюны, соединяющих её расслабленные губы с его толстым стволом. Самоцвет воспользовалась возможностью и заняла место Роксаны, с нетерпением пытаясь трахать свой рот так же жёстко, как Макс сделал это с кузиной.
«Посмотрите на вас троих», — засмеялся Макс. — «Чем вы занимались?» — спросил он, заметив, как сперма капает с очаровательной, набухшей киски Биби.
Прежде чем кто-то успел ответить, их прервали ещё двое гостей. Шелли и Питер спустились по лестнице, полностью голые, мокрые и окутанные большим облаком пара. Как только Питер кончил на лицо Шелли (несколько полос спермы всё ещё оставались на её подбородке), они услышали крики Роксаны внизу и пошли разобраться.
«Холли!» — ахнула Шелли, безуспешно пытаясь прикрыть свою блестящую наготу руками. — «Рокси!» — ахнула она снова, увидев свою почти без сознания дочь, брошенную через спинку дивана, как мокрое полотенце, нити слюны всё ещё соединяли её лицо с членом Макса. — «Биби!» — ахнула она в третий раз, увидев свою малышку голой и липкой после секса.
«Развлекаешься с моим парнем?» — усмехнулась Холли, подходя к сестре, как стриптизёрша на подиуме. Она обняла Шелли за талию, обнимая её так крепко, что их груди почти вывалились через плечи, а затем поцеловала сестру, как будто она была на съёмочной площадке лесбийского порно.
Шелли ахнула в рот сестре, но, кроме мгновенной скованности, она не сопротивлялась, и в течение нескольких секунд её пышное тело растаяло в объятиях Холли, их щедрые груди и бёдра переплелись.
Поцелуй прервался, и Шелли глубоко застонала, когда Холли слизала сперму Питера с подбородка сестры.
«Член Питера потрясающий», — ахнула Шелли, толкаясь в сестру.
«А киска Биби сладкая, как сахарная вата», — засмеялась Холли. — «Надеюсь, ты не против, что я позволила своему сыну лишить её девственности».
«Я сама хотела этого, мамочка», — сказала Биби, счастливо подпрыгивая, держа свою набухшую киску одной рукой. — «Я хочу делать всё, что тётя Холли делает в своих фильмах. Я хочу заниматься
СТрОЙКА для молодого.