Я стою у зеркала в спальне, наматывая на палец прядь волос, пока сушится лак на ногтях. Чемодан полуоткрыт, словно устав ждать, когда я, наконец, определюсь: взять пятый купальник или нет. Смешно, но даже в двадцать пятья до сих пор чувствую себя девчонкой, когда собираюсь в отпуск с подругами.
Без мужей. Без обязательств. Без таймера на ужин. Только я, Алина и Света — три подруги, решившие устроить себе недельку перезагрузки в Турции. Солнце, пляж, шведский стол и — кто знает — пара турецких улыбок в придачу.
Я бросаю в чемодан босоножки на каблуке. Не потому что удобно, а потому что в них я выгляжу особенно. Тонкий сарафан — туда же. Украшения, крем с блёстками, даже красная помада, которую я не носила с прошлой осени. Всё, что может напомнить: я не только чья-то жена. Я — женщина.
Из коридора доносится голос мужа:
— Марин, ты точно всё взяла? Паспорт, билеты, деньги?
Я улыбаюсь — он волнуется, как всегда. Даже когда сам подарил мне эту поездку на день рождения.
Он стоит у кофеварки, в домашнем, слегка мятом, как всегда, халате. Смотрит на меня взглядом человека, который улыбается, но внутри немного переживает. Или ревнует. Или просто не хочет показывать, что ревнует. Не знаю, честно.
— Ну вот и всё, — говорю я, застёгивая молнию чемодана. — Такси через пять минут.
Он подходит, берёт меня за руки и смотрит внимательно.
— Вы же просто отдыхать, да?
— Конечно. Спа, солнце, фотки у бассейна, — улыбаюсь. — Максимум, если кто-то из турков предложит нам купить ковёр, я, может, и подумаю.
Он смеётся. Но не сразу отпускает руки.
— Ты заслужила этот отдых. Ты — молодец, Марин. Просто... не забывай, кто тебя любит, ладно?
Сердце кольнуло. Нежно, но ощутимо.
— Я не забываю. Никогда, — шепчу. Обнимаю его крепко, чуть дольше, чем нужно. И выхожу за дверь.
Такси уже ждёт. Подруги в чате шлют селфи с чемоданами. В голове — ветер перемен, лёгкий, как запах духов, что я надела "для себя". Или, может, не только для себя.
Аэропорт — как всегда, суета, запах кофе, чемоданы, дети, крики в динамиках. Я выныриваю из такси и, чуть придерживая платье, оглядываюсь по сторонам. Подруг не видно. Я достаю телефон, и тут же слышу знакомый голос:
— Марина! Ну наконец-то, ты как всегда последняя!
Я оборачиваюсь и вижу Алину. Высокая, уверенная в себе, с чёрными, как уголь, волосами, распущенными по плечам. На ней белая майка, которая едва справляется с её пышной грудью, и короткие джинсовые шорты. Солнцезащитные очки на лбу, губы алые, улыбка — хищная. Она всегда была самой дерзкой из нас.
— А ты как всегда первая, — смеюсь я, обнимая её. — Где Света?
— Та-дам, вот она я! — раздаётся чуть сбоку, и к нам почти вприпрыжку подходит Света — стройная, с лёгкими русыми волосами, собранными в хвост. Зелёные глаза сияют, как у школьницы перед первой поездкой на море. На ней светлый комбинезон и босоножки, в руках чемодан и кофе навынос. — Я всё утро не могла найти наушники, чуть не забыла паспорт... но вот я!
Мы обнимаемся втроём, смеёмся, радуемся, будто не виделись сто лет. Это чувство — когда ты среди "своих" женщин — ни с чем не сравнимо. Свобода, поддержка, лёгкое предчувствие приключений.
— Ну что, девочки, готовы к Турции? — подмигивает Алина.
— Готова забыть, что такое будильник, — говорю я.
— А я — что такое одежда, — подмигивает Света. — Весь отпуск — в купальнике!
Мы сдаём багаж, проходим контроль, и вот уже сидим в зале ожидания с
?Госпожа?