– You missed a spot. There are still a few drops here and here. (Ты пропустила. Здесь ещё несколько капелек.)
Я покачала головой, глядя ей в глаза:
– Не хочу. Не сейчас.
Она лишь пожала плечами, убирая салфетку:
– Как знаешь.
Через пару минут мужчины вернулись, неся на себе почти удвоенное количество пакетов. На их лицах читалась усталость, смешанная с лёгкой иронией.
Нэсс, оглядев багаж, недовольно вздохнул и вытащил из кармана связку ключей. Он отделил пару ключей и протянул их мне:
– I can’t give you the main apartment key, I only have one. But these keys are from my late uncle’s apartment. If you want, you can stay there for a couple of days. There’s not much to steal or break, so even if something happens, it’s no big deal. (Я не могу дать вам ключи от основной квартиры, у меня они одни. Но это ключи от квартиры моего покойного дяди. Если хотите, можете остановиться там на пару дней. Ломать и выносить там нечего, так что даже если что случится, мне от этого не будет хуже.)
Я взглянула на Мартина, и мы одновременно возмутились:
– What are you saying? After all you’ve done for us? (Что ты такое говоришь? После всего, что вы для нас сделали?)
Но Курай неожиданно поддержала его, качнув головой:
– Kids. People change, and the concept of gratitude is ephemeral. Today it’s like this, tomorrow, who knows? (Дети. Люди меняются, а понятие благодарности эфемерно. Сегодня так, завтра кто знает?)
Нэсс кивнул, соглашаясь:
– And I’m a pretty cynical and pessimistic guy. (К тому же я довольно циничный и пессимистичный тип.)
Я не выдержала. Медленно подошла к нему и, обняв, сказала на русском, стараясь произнести слова чётко:
– Ty ne tsinichny i zloy. Ty prosto odinokiy v dushe. Ya ne mogu skazat' chto lyublyu tebya, no ya ochen' sil'no budu zhdat' nashey sleduyushchey vstrechi. (Ты не циничный и злой. Ты просто почему-то одинокий в душе. Я не могу сказать, что люблю тебя, но я очень сильно буду ждать нашей следующей встречи.)
Он ничего не ответил, лишь слегка улыбнулся.
Я повернулась к Курай, подошла ближе и тихо поблагодарила её:
– Thank you for everything you’ve done for me these days. (Спасибо за всё, что ты для меня сделала за эти дни.)
Она усмехнулась, словно в ответ на мою искренность:
– We’ll see each other in Paris. And prepare yourself for a tough training. Very tough. (Увидимся в Париже. И готовься к жёсткой дрессировке. Очень жёсткой.)
Наклонившись, она поцеловала меня в губы. Её язык мягко скользнул внутрь, оставляя за собой сложный привкус кофе, её губной помады и чего-то личного, что заставило меня замереть на мгновение.
Затем она, подхватив одну из сумок, направилась к двери таможни, за которой открывалась новая глава нашей жизни.
Нэсс поднял остальной багаж, пожал руку Мартину и махнул мне на прощание.
Мы с Мартином остались стоять на месте, глядя им вслед. В эти последние секунды их силуэты казались мне путеводными звёздами. Они вошли в нашу жизнь, перевернули её и, словно кометы, оставили за собой яркий след, который навсегда останется в памяти.
Мы остались стоять, пока их фигуры растворялись в толпе и шуме таможенного перехода. Я долго смотрела им вслед, словно пыталась сохранить в памяти их образы. Затем вздохнула, опустив взгляд на наши сумки и пакеты, и повернулась к Мартину.
– Märt, kas sa saad aru, mis just juhtus? Need kaks inimest... Nad muutsid meie elu paari päeva jooksul rohkem kui keegi teine on kunagi suutnud. (Март, ты понимаешь, что только
Девочка минетчица