из её попки, его движения были чуть медленнее, но глубже. Их члены тёрлись друг о друга через перегородку, и это ощущение сводило Надю с ума — она чувствовала каждую вену, каждый изгиб, каждый толчок.
— Боже, это потрясающе, — выдохнула она, её голос дрожал от переполняющих эмоций. — Трахайте меня, парни, трахайте сильнее.
Они ускорили темп, их движения стали синхронными, как будто они заранее договорились. Сергей вбивался в её киску, его яички шлёпали о её промежность, оставляя липкие следы от её соков. Коренастый вгонял свой член в её попку, растягивая анус до предела, и каждый его толчок сопровождался низким стоном, вырывающимся из его груди. Надя стонала, кричала, её тело сотрясалось от удовольствия, пот стекал по её спине, капал с кончиков волос, делая её кожу скользкой и блестящей.
Высокий парень, до сих пор стоявший в стороне, наконец решился присоединиться. Его член был самым длинным из всех — около двадцати двух сантиметров, тонкий, с узкой, заострённой головкой, покрытой тонкой кожицей, которая сдвинулась назад, обнажая блестящую плоть. Ствол был бледным, с голубоватыми венами, а яички — маленькими, подтянутыми, почти незаметными под редкими светлыми волосками. Он подошёл к Наде спереди и поднёс свой член к её лицу. Она открыла рот, её губы, полные и влажные, сомкнулись вокруг головки, и он вошёл в неё, проникая глубоко в горло, пока она не почувствовала, как его ствол упирается в мягкое нёбо.
Теперь все её дырочки были заняты. Киска пульсировала вокруг члена Сергея, сжимая его в ритме её движений, её соки текли обильно, смачивая его бёдра. Попка плотно обхватывала член коренастого, каждый его толчок отзывался жаром в её теле, а анус расслаблялся всё больше, принимая его полностью. Рот был заполнен членом высокого, её язык скользил по его головке, обводил её контуры, а губы плотно сжимали ствол, позволяя ему скользить глубже. Слюна текла по её подбородку, капала на грудь, смешиваясь с потом, но ей было всё равно — она хотела этого, хотела чувствовать себя использованной, желанной, полностью подчинённой их страсти.
— Соси, детка, соси, — приказал высокий, его голос дрожал от напряжения, а длинные пальцы вцепились в её волосы, направляя её голову.
Надя сосала с жадностью, её язык работал неустанно, облизывая головку, скользя по стволу, пока слюна не начала пузыриться у уголков её рта. Она чувствовала, как его член пульсирует, утолщается, готовясь к оргазму, но не останавливалась — ей хотелось, чтобы они кончали в неё, на неё, заливали её своим семенем. Сергей и коренастый тоже ускорили темп, их толчки стали резче, глубже, синхронизируясь с её стонами. Её киска сжималась всё сильнее, стенки влагалища дрожали от напряжения, а попка пульсировала, обхватывая член коренастого так плотно, что он хрипло выругался от удовольствия.
Оргазм накрыл её внезапно, как удар молнии. Волна удовольствия прокатилась от низа живота к груди, заставив её тело напрячься, а мышцы — судорожно сжаться. Она закричала, но звук был заглушён членом во рту, превратившись в приглушённый стон. Её киска конвульсивно сжала член Сергея, выдавливая из него низкий рык, а попка стиснула коренастого, усиливая его ощущения. Спазмы проходили по всему её телу, от кончиков пальцев до макушки, и она дрожала, теряя контроль над собой.
Это стало сигналом для парней. Высокий первым не выдержал — он вынул член из её рта с влажным звуком и начал кончать. Его сперма, густая и белая, брызнула на её лицо, горячие струи попали на щёки, губы, нос, одна капля угодила в бровь, стекая к виску. Надя открыла рот, ловя капли языком, и облизывала
Старого Ивана Петровича надо трахнуть (ночное бдение обнаженной геронтофилки)